помотав головой, я решительно ответил:
— Ни в коем случае, Боря. В самое ближайшее время я намерен построить себе дом на колёсах, после чего покину вас, но не полностью и не навсегда. Если всё повернулось таким образом, ребята, то я становлюсь вашей оппозицией и буду нещадно критиковать вас за малейшую оплошность. При этом я скоро покину Россию, хотя эта страна моя настоящая родина, и отправлюсь в путешествие по всей планете, чтобы превращать в ангелов людей всех стран и народов. Так что о монополии вы можете даже и не мечтать.
Кот от моих слов расхохотался так громко, что чуть лобовое стекло не выскочило. Толкнув своего командира, он воскликнул:
— Ну, что, Мамонт, съел? Знай наших, командир. Я же говорил тебе, что Авраэль никогда не остановится на достигнутом.
Борис беззлобно огрызнулся:
— Можно подумать, я в этом сомневался, Кот, — и, широко улыбнувшись, сказал мне — Всё правильно, Авик. Мы, тоже, хотя и будем при Лидочке с её бизнес-ЦК, но всё же в оппозиции.
Эти слова я услышал почти засыпая. Хотя ангелы и могут не спать целую неделю подряд, нигде не сказано, что при этом они ещё и должны сражаться с древними атлантами-магами. Хотя я не спал всего четверо с половиной суток, и этого хватило, чтобы я уснул и проспал весь путь до Москвы. Там, поднявшись в Машину квартиру самостоятельно, я даже не стал ужинать и снова рухнул в кровать. Наутро я был бодрым, как никогда. Всё-таки я сделал большое дело и потому был горд собой, а раз так, то и настроение у меня было прекрасное. Во время завтракая я созвонился с Мамонтом и попросил его найти для меня какую-нибудь авторемонтную мастерскую, где найдётся закрытый от чужих глаз бокс, чтобы я смог там поработать не привлекая излишнего внимания к тому, чем буду заниматься. Попутно я рассказал ему о том, что хочу соорудить себе большой дом на колёсах, чтобы с комфортом путешествовать по всему свету. Борис попросил дать ему немного времени, и я хотел было залезть в Интернет, чтобы найти подходящее транспортное средство, которое можно будет превратить в дом на колёсах, но Лика с улыбкой сказала:
— Авик, а тут и думать не о чем. Самый лучший автомобиль, это двухэтажный автобус «Сетра» или «Неоплан».
Почесав макушку, я спросил:
— А почему не что-нибудь более мощное? Вроде того «Мана», на котором мы привезли меч Хианк-Сарна? У него же четыре моста, а у автобусов, если они не сочлененные, всего два.
— Не волнуйся, есть автобусы и с тремя мостами, — успокоила меня Алика, — нам ведь понадобится такой дом на колёсах, который не будет привлекать внимания дорожной полиции, а это только автобус.
Мне и сразу же стало ясно, что Алика точно поедет со мной, а вот относительно Маши имелись сомнения. Той явно хотелось заняться ангельской политикой на Земле и я прекрасно её понимал. Она ведь, в отличие от Лики, была всё же ближе к народу в том смысле, что работала имиджмейкером, а ты была фотографом. Чтобы у девушки не возникло никаких сомнений, я сразу ей обо всём сказал, причём весьма категоричным тоном:
— Маша, тебе придётся остаться с Лидой. Ей нужен не только толковый маг-имиджмейкер, но ещё маг-советник и учитель.
Хотя моя первая земная любовница и обрадовалась, она все же не стала выражать своих чувств слишком бурно. Даже наоборот, она низко склонила голову и тихим голосом спросила:
— Правда, Авик? Ты не будешь сердиться на меня?
На меня нашло игривое настроение и я ответил:
— Ещё как буду, Машенька. Ух, как я буду на тебя сердиться, но только что с того? Маша, пойми, Лике не очень-то по нраву вся эта суета с политикой, а мне так тем более, хотя я и русский ангел по духу и даже по крови, но ты то у нас совсем другая, девочка. Ты хочешь возродить Россию, снова сделать её великой страной и это здорово, ну, а я хочу, чтобы никто в мире не завидовал русским и не говорил, что им так незаслуженно подфартило. Понимаешь, эта ваша Эра Водолея должна наступить для всей планеты. Для этого я не только должен найти в других странах таких людей, как Лида Петрова, но сделать и ещё кое-что очень важное, но об этом я пока что никому не скажу, так как должен сначала сам всё проверить.
Маша подняла на меня глаза, сверкавшие от счастья, мило улыбнулась и спросила:
— Авик, так ты думаешь, что правители Небес не станут на нас сердиться за то, что мы станем превращать людей в ангелов?
— Не станут, не станут, — смеясь сказал я, — они же не конченые идиоты. Пойми, Машенька, это Земля открыта для контактов со всей Вселенной, а Небеса и Аид лишены такой возможности. Зато у нас есть немало учёных, которые давно уже мечтают построить огромные космические корабли и полететь на них к звёздам, которых на наших небесах видны совсем по-другому потому, что они окружены хрустальной,
