— Витя, это означает Виктор, то есть победитель. Сейчас ты с моей помощью победишь свою болезнь, но это будет нашим секретом. Уже завтра ты поедешь домой вместе с мамой.
У мальчика появились на глазах слёзы, и он прошептал:
— Дядя, у меня нет мамы. И дома тоже нет. Я детдомовский.
— Витя, — сказав я наклонившись, — завтра утром в эту дверь войдёт твоя мама и заберёт тебя домой, а папа будет ждать вас обоих внизу. — после чего негромко сказал женщине — Девушка, я не врач этой больницы, я целитель-экстрасенс и не хочу ни встречаться, ни, тем более, разговаривать с врачами, хотя все они прекрасные люди и отличные специалисты. Сейчас я сделаю так, что никто, кроме вас, меня не будет видеть, а вы сделаете так, чтобы никто не подходил ко мне. Через два часа все дети в этой палате будут здоровы, но мне нужны полные покой и тишина. Ещё мне также понадобится ваша помощь.
Женщина шагнула ко мне, упала на колени и спросила тихим, потрясённым и полным надежды голосом:
— Вы правда их вылечите?
Достав с дюжину пятитысячных купюр, я протянул их женщине, кивнул и так же негромко ответил:
— Правда. Именно поэтому я здесь. Возьмите деньги, позовите одну из мамочек и отправьте её в магазин, чтобы она купила детям самых высококалорийных продуктов. Чёрной икры, осетрины, карбоната, сливок. Ну, вы знаете, что это такое, крайнее истощение. И Бога ради, пусть никто из мамочек не поднимает шума.
Женщина робко взяла деньги, не вставая с колен достала из белого халата, надетого поверх простенького платьица, дешевый сотовый телефон, набрала номер и сказала:
— Лида, срочно приди в палату.
Только после этого она поднялась, пятясь, отошла к двери и прижалась к ней спиной. Ну, а я, держа в левой руке ручонку мальчика, немедленно стал вливать в него целительную энергию, чтобы для начала унять боль. Правой же я достал из кармана свой сотовый телефон и, быстро набрав номер, как только мне ответили, сказал тихим, но всё же весёлым голосом:
— Лерочка, ты мечтаешь, чтобы у тебя был сын. Будь добра, немедленно отправляйся в Москву, в детский онкоцентр. Твой сын находится здесь. Его зовут Виктор, а его фамилия…
Женщина у двери сказала:
— Свиридов, Виктор Свиридов из подольского детского дома. Он лежит здесь уже второй месяц.
Я назвал Лере фамилию мальчика, сказал из какого тот детского дома, после чего, пряча телефон, сказал уже ему:
— Витя, у тебя самая добрая мама на свете. Ты будешь её девятым ребёнком. А твой папа офицер. Он очень храбрый и добрее его не найти никого на свете. А ещё он мой хороший друг.
Щёки мальчика порозовели, он улыбнулся и ответил мне:
— Дядя, а у меня внутри уже ничто не болит.
Женщина у двери всхлипнула и тихо сказала:
— Так и должно быть, Витенька, ведь дядя целитель.
Дядя-целитель на всякий случай сделался невидимым и, приступая к диагностике, сказал:
— Девушка, меня зовут Авик. Постарайтесь организовать всё так, чтобы в онкоцентре обо мне никто из врачей не узнал и вот что ещё, у вас у всех здесь одна беда, но, возможно, тут есть дети, которые уже умирают. Постарайтесь их тихо и незаметно принести в эту палату первыми. Вот, возьмите ещё денег, дадите взятку врачам, нянечкам, хоть чёрту с рогами, лишь бы не было никакого шума.
Не оборачиваясь, я протянул за спину ещё дюжины полторы купюр и весь погрузился в изучение природы заболевания Вити. Картина была просто ужасной. Мальчик умирал. У него был рак лёгких, и одного лёгкого уже практически не существовало, а второе было поражено раковыми клетками на треть. Ничего, это всё мелочи. Главным для меня было не это, а то, как таким образом разогреть мальчика, чтобы это не сильно бросалось в глаза. Немного подумав, я сконструировал новую, совершенно потрясающую по своей силе магическую формулу, в которую вложил одиннадцать других медицинских заговоров и радостно заулыбался от того, что у меня в итоге получила. Это не страшно, что малыш полностью расслабился и был заторможен настолько, что даже перестал улыбаться, а его глаза закрылись. Зато уже очень скоро, проснувшись, он будет абсолютно здоровым.
В дверь палаты кто-то постучал. Это пришла Лида и мамочка тихим, жестким голосом объяснила ей, что сейчас происходит с Витенькой и что обещано ей и всем остальным детям и их родителям целителем Авиком, которого она не видит, но до его плеча может дотронуться. Лида быстро шагнула ко мне и торопливо ощупала мои плечи и голову, а я сказал вполголоса:
— Мамочка, я не волшебник и не маг, а просто очень сильный и умелый экстрасенс. Я недавно прибыл в Москву только для того, чтобы лечить людей. В первую очередь детей. Ваших тяжелобольных детей. Поэтому сделайте так, как вам сказала…
