Герой Советского Союза М. С. Прудников известен читателю по произведениям «Неуловимые», «Неуловимые действуют», «Особое задание», «Разведчики «неуловимых». Он также один из авторов фильма «Как вас теперь называть». Его новая повесть «Операция Феникс» посвящена контрразведчикам, их трудной борьбе против происков зарубежной агентуры. В книге показаны коварные приемы и методы империалистической разведки, основанные на эгоизме, алчности, беспринципности. Автор рисует привлекательные образы наших контрразведчиков, с честью и славой выполняющих свой долг.
Авторы: Прудников Михаил Сидорович
говорил Петраков, — надо выяснить главное — чем интересуется Горбоносый и для кого старается?
Гоша Максимов был в ярости:
— Ну, прохвост, погоди, добегаешься ты у меня!
Эта угроза относилась к Руднику, который только что ушёл от преследования. И сейчас они с Тарковым сидели в служебной машине, не зная что им делать.
По тому, как Рудник осторожничал, они сразу догадались, что их Клиент идёт на какую-то важную встречу: он ехал сначала на такси, потом нырнул в метро «Парк культуры». Выйдя на «Фрунзенской», сел в троллейбус и сошёл у магазина «Синтетика». Вот тут-то они его и потеряли. Главная причина срыва заключалась, конечно, в том, что они боялись — Клиент их обнаружит.
Максимов соединился по рации с Рублёвым, ожидая неприятного разговора. Но Рублёв отнёсся к их неудаче спокойно.
— Никуда не денется. Возвращайтесь в управление.
А Рудник между тем в одной из аллей парка перед университетом на Ленинских горах беседовал с Кушницем.
— Послушайте, Ганс, по-моему, я свою задачу выполнил. Пора нам расстаться друзьями.
— Вы так считаете? — Ганс посмотрел, как его собеседник покусывает тонкие губы. — Боюсь, что там, наверху, не поймут вашего настроения. Операция, можно сказать, только началась.
— Но я сделал всё, что вы просили… Фамилию учёного я установил. Адрес института тоже… Я честно отработал, вознаграждение…
— Я передам вашу просьбу. Но скажите откровенно, что вас заставило прийти к этому выводу?
— У меня сдают нервы… Мне ведь уже под пятьдесят.
— Нервы?.. Это плохо. Надеюсь, вы не наделаете глупостей?
— Если только вы меня не доведёте до точки.
— О… Это уже звучит как угроза!
— Я никому не хочу угрожать. Я только прошу меня оставить в покое.
— Повторяю, я передам вашу просьбу. Но ведь это может повлиять на вашу карьеру!
— К чёрту карьеру!
— Вы, насколько мне известно, собирались на Запад?
— У меня изменились обстоятельства.
— Что случилось?
Рудник ответил не сразу. Достал сигарету, помял её с руках. Кушниц поднёс ему горящую зажигалку.
— У меня появилась женщина, которую я не хочу потерять. К тому же у нас будет ребёнок…
— Ах, эти женщины! — вздохнул Кушниц. — Сколько прекрасных умов они погубили!
— Можете смеяться. Но для меня это важно. Важней всего на свете.
С минуту они шли молча. Рудник жадно курил. Вид у него был мрачный.
— Вы, Павел, — заговорил наконец Кушниц, — нарушаете правила игры. Тот, кто однажды впрягся в нашу повозку, тянет её всю жизнь.
— С меня хватит! Я устал!
— Будьте благоразумны. От вас не так много требуется. Ещё месяц, другой, и всё окончится. Стоит ли поднимать бунт на корабле.
— Нет. Я выхожу из игры.
— Ваше дело. Смотрите. Только без глупостей. Это может плохо кончиться…
— Не только для меня…
Взгляды их встретились. Кушниц добродушно рассмеялся и похлопал своего собеседника по спине.
— Хорошо, я попытаюсь всё устроить. Договоримся о связи…
…Рудник возвращался на квартиру Матвеевой усталый, опустошённый. Он не мог вспоминать без злобы самодовольное лицо Кушница, его снисходительный тон. «Сопляк! Неужели этот юнец не понимает, что он у меня в руках. КГБ простило бы мне кое-какие грехи, выведи я его на чистую воду!»
Они его, конечно, будут шантажировать. Напомнят о прошлом. Что ж, он возьмёт в руки то же оружие. И посмотрим, кто кого!
Нет, не всё ещё потеряно. Есть ещё выход. Но он воспользуется им только в крайнем случае!
Вот уже полтора месяца как Кларк приехал в Москву.
Прежде ему никогда не приходилось бывать в советской столице. Поэтому первые дни Кларк посвятил знакомству с городом. Он объездил на машине и исходил все интересные исторические места. Город понравился ему сочетанием древности и современной архитектуры с её панелями из стекла и бетона.
Решив во что бы то ни стало изучить русский, нанял себе преподавателя из числа русских служащих посольства, накупил книг по истории России, по истории искусства и архитектуры. Кларк рассматривал новое назначение как значительный шаг вверх по служебной лестнице, как вершину своей тридцатилетней карьеры и поэтому устраивался в Москве прочно и надолго.
Дня через два после приезда он встретился с Маккензи. Первую беседу они провели в специальной «тёмной» комнате, которая опечатывалась после рабочего дня и куда посторонним вход был воспрещён. Маккензи проинформировал Кларка о том, как идёт операция «Феникс».
В глубине души Маккензи относился к этому мурлыкающему толстяку снисходительно. Странно,
