Первая книга дилогии о сотрудниках ФСБ. Повесть рассказывает о самоотверженной работе чекистов, умело раскрывающих сложное и запутанное дело. Читатель узнает, как необходимо быть бдительным и внимательным и как любой на первый взгляд факт дает возможность сотрудникам органов госбезопасности разоблачить важных государственных преступников. Дело, которому они служат, требует не только мужества, находчивости, неколебимой твердости, но и душевной чуткости, любви к человеку, высокой нравственной чистоты.
Авторы: Красин Олег
услуга — только и всего.
— Знаете что, Геннадий? Я думаю, вы зря сюда приехали и зря затеяли этот разговор. В дела моего…приятеля я не вмешиваюсь, так же как он не вмешивается в мои. Мы живем вместе, но мы не муж и жена и я не могу просить о таких вещах.
— Значит, вы отказываетесь переговорить с ним? — все же уточнил на всякий случай Бондаренко.
— Да. Я не буду с ним говорить! — твердо ответила Маргарита — как писали классики: «Торг здесь не уместен!».
— Если передумаете, вот моя визитка. Звоните!
Он достал из внутреннего кармана несколько визиток, выбрал одну и положил на стол Виккерс. Та, без особого интереса посмотрев на кусочек картона, положила его в визитницу.
— Кстати, не хотите сегодня поужинать? — внезапно спросил Бондаренко.
Услышав неожиданный вопрос, Маргарита улыбнулась улыбкой молодой женщины, сознающей свою привлекательность:
— Спасибо за приглашение, Геннадий. Но вы, наверное, заметили, что у меня уже есть молодой человек. Я не планирую с ним расставаться. Согласитесь, было бы странным встречаться в одно и то же время еще и с другим человеком. Может, кто-то так и делает, но я не такая.
— А вы…придерживаетесь моральных принципов? — тоже с улыбкой спросил Бондаренко.
— Конечно! — сразу ответила Виккерс, — чего вы улыбаетесь?
— Обычно, когда девушка быстро и положительно отвечает на этот вопрос, все бывает совсем наоборот.
— Возможно, но не я! — твердо ответила Маргарита и по-американски, протянула руку для прощального пожатия.
Её рука была по-мужски твердой, но у Геннадия мелькнула озорная мысль вместо пожатия поцеловать её, как в досоветские времена, когда в обществе были другие нравы. Как бы она отреагировала? Засмеялась, разозлилась, сделал вид, что ничего не произошло?
Мысль только мелькнула, и он ее моментально отогнал от себя — он серьезный человек. Свою миссию он выполнил: встретился, переговорил с госпожой Виккерс. Мавр сделал свое дело — мавр может удалиться.
Они попрощались, уверенные, что больше никогда не встретятся.
Зайдя в свой кабинет в Фонде «Согласие», Бондаренко поднял трубку и позвонил Михаилу Яковлевичу;
— Она отказалась, — сказал он так, чтобы никто не понял, о ком идет речь, если председателя облкомимущества вдруг кто-то подслушивает.
— Это точно? Ты хорошо с ней говорил, все объяснил? — голос его звучал нечетко, смазано.
— Обижаете, Михаил Яковлевич! Вы же меня знаете.
— Понятно, впрочем, на другое я и не рассчитывал. Так — попытка на всякий случай. Спасибо, Геннадий!
— Не за что!
— Я переговорю с Дергачевым, возможно он кое-что для тебя сделает.
— А что именно? — не понял Бондаренко.
— Ну, там…может орден «За заслуги перед Отечеством». Мне недавно такой дали. А может, включит в президентский кадровый резерв. Посмотрим…
— А деньгами нельзя? — нагло осведомился Бондаренко, — какую-нибудь премию, бонус?
— Что-нибудь придумаем! — буркнул недовольный Плотников, которому не понравилось, что Гена отверг его варианты благодарности.
— Спасибо, Михаил Яковлевич!
Геннадий положил трубку и начал читать финансовые бумаги, лежащие на столе, но лицо Риты Виккерс нет-нет, да и всплывало у него в памяти, вызывая неясную улыбку.
В последние дни Матвей наслаждался чувством собственника. Его фирма — «Омега Групп» наконец взяла контроль над спиртовым заводом в свои руки.
Они с Беспалым стояли во дворе в конце рабочего дня. Мимо шли с работы его работники.
— Все, Толян, спиртовой завод теперь наш, — по-хозяйски оглядывая идущих мимо людей, произнес лидер ОПГ, ставший бизнесменом.
— В натуре, будем спирт ведрами черпать?
Матвей усмехнулся.
— Будем бизнес делать.
— Что теперь? Следующий металлургический?
— Тут Плотников звонил. Не получилось у него договориться с Виккерс, а у меня другая тема возникла. Помнишь того оперка, которого сами гэбэшники проверяют? Я думал его подтянуть как других, но мы не будем этого делать.
— Ништяк! Так что, завалим?
— Тебе бы только вальнут кого, Толян! Надо дать ему по калгану, так, чтобы вырубился, потом его запрячем, а свалим на чеченов. Пусть эфэскашники их трясут. Пока они будут на разборках, мы выйдем на Забелина, его кореша и, думаю, договоримся!
— Забелин — это который мутит по заводу Генерала?
— Он самый.
— Я его помню, — Беспалый сплюнул на землю, — он вместе с Цыганком нас брал у Виккерс.
— А теперь мы с ним замутим. Цех у Генералова я, Толян, в любом случае отожму. Если
