Операция начнётся в полдень

вождем народа Уральской области, вознесся выше некуда. Не знаю, какие бонусы он затребует.
Выпустив длинную струю дыма, Геннадий глубокомысленно сказал:
— Какие бы бабки он не просил, надо договариваться — другого пути нет. Это вопрос принципиальный. Генералов для нас с вами пробный шар. Если другие «красные директора» увидят, что тема прокатила, они тоже пойдут к нам. Мы наварим кучу бабок. Сейчас самое время для этого, не всё же одному Березовскому иметь.
— Я думал об этом, — ответил Плотников и, покосившись глазами на комнату отдыха, спросил, — выпьешь?
Гена посмотрел на часы.
— Извините, Михаил Яковлевич, еще не всё сделал. Надо будет забежать в пару мест.
— А я, пожалуй, выпью.
Плотников поднялся и, проследовав в свой интимный кабинет, налил рюмку коньяку. Желтая маслянистая жидкость приятно тяжелила рюмку. Выпив, он решил, что этого недостаточно и добавил еще. Состояние тела медленно сравнялось с состоянием души и дошло до нужной кондиции. Стало тепло, весело, прекрасно.
Всё это время Бондаренко терпеливо ждал в кабинете, закуривая уже вторую сигарету. Плотников появился с покрасневшим лицом, его белесые синие глаза сделались почти прозрачными, с черными точками зрачков. Геннадий подумал про себя, что если Плотников не перестанет активно употреблять, то, пожалуй, цирроз печени в недалеком будущем ему обеспечен.
— Я намерен в ближайшее время решить наш вопрос, — несколько пафосно заявил Михаил Яковлевич, продолжая разговор, как ни в чем не бывало, — если Медведев будет артачиться, то подключу Дергачева. Думаю, что против представителя Президента он не пойдет.
— Будем надеяться! — засобирался Бондаренко, — ну, мне пора. Да, чуть не забыл, к вам хотел зайти предприниматель Матвеев, познакомиться, так сказать…
— Матвеев? — в мозгу Плотникова зашевелились воспоминания, возникли нехорошие ассоциации, — это который…
— Да, да, — кивнул Бондаренко, — он самый, всем известный бизнесмен. С ним надо иметь дело. В последнее время он набирает вес, того и гляди, выдвинется в ГосДуму на следующих выборах.
— Да брось ты!
— Не будьте наивным человеком, Михаил Яковлевич. Бандиты сейчас активно идут во власть. У них появились бабки, солидные капиталы и никто не хочет, чтобы всё в одночасье вдруг улетучилось. Нужны гарантии неприкосновенности, а это может дать теперь наша Дума. Так вы его примете?
— У меня в принципе есть время до обеда, — ответил Плотников, посмотрев свои записи в ежедневнике, — пусть приходит сейчас, пока никто не напросился. А еще лучше, если ты проведешь, вроде как своего знакомого. Я не хочу, чтобы его видел Веревкин. Не исключено, что он может его знать, пойдут разговоры, сплетни — вони не оберешься.
Геннадий посмотрел на своего босса и кивнул головой. С Матвеевым он договорился сразу, позвонив из кабинета Плотникова по известному ему номеру.
— Пойду его встречу, — сказал он Михаилу Яковлевичу.
— Давай, давай! — разрешил тот, — я пока посмотрю бумаги.
Выйдя в приемную, Бондаренко увидел, что молоденькая секретарь, чуть наклонив голову с заплетенной золотистого цвета косичкой, что-то печатала на машинке. Лицо её обладало правильными чертами с несколькими крупными деталями, которые его не портили: большие глаза, большой рот, прямой нос, несколько удлиненный овал лица.
Геннадий отчего-то захотел похвастать перед этой, незнакомой ему девушкой.
— Настя, — сказал он со значением, — я сейчас приведу к Михаилу Яковлевичу одного человека на беседу, он просил, чтобы его в это время не беспокоили.
— Хорошо, — спокойно, даже равнодушно ответила Настя.
— Это не простой человек, это…самый главный у нас в области по части… — он замялся, не зная как мягче сказать, — ну, по части криминала, что ли.
В глазах Насти возник интерес.
— Он что, бандит?
— Нет, уже бизнесмен — уважаемый человек.
— А в колониях… — девушка на мгновение задумалась, — он кого-нибудь знает, например в нашей, Клыковской?
— Наверное. Можно спросить у него.
— Хорошо, я спрошу, — кивнула Настя и снова вернулась к работе.
Геннадий еще мгновение посмотрел на неё, думая, что девушка что-то добавит, но та молчала. Только стучала пишущая машинка.

В прохладном холле большого здания администрации его уже ждал Матвеев. По виду он выглядел как бизнесмен средней руки — летний дорогой костюм, кожаный портфель. Увидев Бондаренко, подошел к нему и они коротко поздоровались.
Бондаренко потер залысины на лбу, улыбнулся, стараясь быть приветливым, но в глубине души испытывая страх. Ему казалось, что лицо Матвея обладает невероятной харизмой, магической силой,