Первая книга дилогии о сотрудниках ФСБ. Повесть рассказывает о самоотверженной работе чекистов, умело раскрывающих сложное и запутанное дело. Читатель узнает, как необходимо быть бдительным и внимательным и как любой на первый взгляд факт дает возможность сотрудникам органов госбезопасности разоблачить важных государственных преступников. Дело, которому они служат, требует не только мужества, находчивости, неколебимой твердости, но и душевной чуткости, любви к человеку, высокой нравственной чистоты.
Авторы: Красин Олег
нами не выявлены, — ответил Забелин, — товарищ генерал, ничего серьезного у нас не имеется, так, одна мелочь.
— Вот и я о том же говорю, мелко плаваете, Забелин. Не видно понимания работы, не разработаны направления, нет общей стратегии. Для того, чтобы это понимание возникло у вас должен родиться замысел, идея…
— Замысел чего? — не понял Забелин.
Алексеев жестко посмотрел на него.
— Замысел операции по вскрытию и пресечению преступной деятельности в этой сфере. Плохо, что мне приходится вас учить таким элементарным вещам, словно несмышленого оперработника, майор Забелин. Кстати, этот руководитель рассказал мне о том, что подозревает в подтасовке результатов некоторых аукционов, должностных лиц областного Фонда имущества. Вот где можно было бы поработать! Вот где простор для оперативной мысли! Проведите операцию, поймайте за руку хотя бы одного чиновника, наживающегося на приватизации и, я уверен, вы поймете, куда надо идти и куда вести своих подчиненных. Ну, а если не поймете, — Алексеев опять нахмурился, — тогда будем, как сказал полковник Кислицын, решать кадровый вопрос. Вам всё ясно?
— Всё понятно, товарищ генерал-майор.
Алексеев сидел за столом, широко расставив ноги и руки, отчего казалось, что его и без того большое тело занимало все окружающее пространство.
— Вот это надо отразить в решении Коллегии, — сказал он, обратившись к Кислицыну, — дадим Забелину неделю, чтобы он собрался с мыслями. После этого ждем от него продуманного плана работы по контрразведывательному обеспечению процесса приватизации в нашем регионе.
С самого утра Плотникова не оставляло чувство, что за ним кто-то следит. Он даже ненароком заподозрил в этом Веревкина — офицера прикомандированного из ФСК. Чтобы развеять сомнения, прошелся по коридору до кабинета, в котором сидел его новый подчиненный вместе с двумя коллегами. Приоткрыв дверь, Плотников убедился, что все трое находились на рабочих местах и занимались какими-то делами.
Надо было встречаться с Генераловым и строить с ним разговор о передаче под контроль Матвея части завода. Разговаривать на эту тему абсолютно не хотелось. Плотников прекрасно представлял реакцию Генералова — он начнет кричать, выпучив глаза, стучать руками по столу, бегать по кабинету.
Рассказывали, как он в припадке ярости как-то грохнул об пол со всей мочи огромную вазу, подаренную заводу во время посещения китайской делегации. Нет, ничего этого слушать и видеть Плотникову не хотелось. Если только…если только это сделать не самому, а, допустим, поручить Гене Бондаренко.
Мысли Плотникова вернулись к казино. Он злобно подумал о Карпове.
«Вместо того, чтобы защищать порядок, бороться с криминалом, эти милицейские чиновники с потрохами продались за бабки, а мы должны потом выкручиваться, вертеться как караси на сковородке. И ведь всем не угодишь! Эти могут подловить на взятках, а те отстрелить!»
Михаил Яковлевич открыл дверцу холодильника в комнате отдыха, плеснул коньяка в рюмку, тяжело вздохнул и выпил. Затем набрал телефонный номер.
— Гена, надо встретиться, — произнес он, — где, где, в центральном парке. Я пойду там прогуляюсь, заодно переговорим.
Выйдя в приемную, Плотников сказал Насте:
— Я выйду минут на двадцать. Если будут спрашивать — скажи на совещании где-то в администрации. Кстати, как дела с мужем? Этот бизнесмен…Матвеев, он помог как-нибудь?
— Да, Михаил Яковлевич, всё нормально, — ответила спокойным тоном девушка, — он помог решить мне все вопросы.
— Ну и славно! — успокоился Плотников.
Хоть здесь было что-то устроено благодаря его заботе. Значит, не такой уж он и бесполезный человек.
С улучшившимся настроением Плотников вышел на улицу.
В последние дни вновь резко потеплело и даже обычно холодная река Каменка, протекавшая по центру города, настолько прогрелась, что городской народ заполнил все пляжи и активно восполнял недостаток солнечных лучей за долгие зимние месяцы. «Надо бы тоже выбрать время и выйти, позагорать» — решил про себя Плотников.
Он купил мороженое в шоколадной глазури и, пройдя весь парк, мимо праздно шатающейся, отдыхающей публики, вышел на набережную реки, к серому каменному ограждению. Михаил Яковлевич оперся о перила и начал есть мороженое, равнодушно разглядывая людей.
Внизу, у самой реки был неплохо оборудованный городской пляж, но когда ставили кабинки для переодевания, не рассчитали, и теперь, с возвышающейся неподалеку набережной при желании можно узреть интимные части тела.
«Вот
