Первая книга дилогии о сотрудниках ФСБ. Повесть рассказывает о самоотверженной работе чекистов, умело раскрывающих сложное и запутанное дело. Читатель узнает, как необходимо быть бдительным и внимательным и как любой на первый взгляд факт дает возможность сотрудникам органов госбезопасности разоблачить важных государственных преступников. Дело, которому они служат, требует не только мужества, находчивости, неколебимой твердости, но и душевной чуткости, любви к человеку, высокой нравственной чистоты.
Авторы: Красин Олег
Конечно, конечно! — согласился с ней Забелин, — я хотел только попросить вас об одном одолжении. Мне надо получить консультацию по некоторым приватизационным документам. Могу я подойти на неделе?
— Если только это займет немного времени, — замялась Истомина, — вы знаете, у меня полно работы.
— Клянусь, что сильно мешать не буду!
Позднее, вернувшись в Управление, он встретился с Цыганковым.
— Послушай, Саня, — сказал он, — если ты нашел хороший источник — женщину, но она хочет личных отношений…
— Ну и что, это может здорово помочь в работе. Любовницы — самые лучшие агенты, это еще из Библии известно.
— А ты что, читал Библию? — удивился Сергей.
— Нет, я читал «Библейские истории» одного польского писателя и он, наоборот, высмеивал религию. Так что, брат, вступай в интимные отношения и ни о чем не жалей. Тем более — ты не женат.
— Но у меня есть Рита.
— Глупая постановка вопроса. Все наоборот. Ты не женат, поэтому изменить никому не можешь. И потом, разве женатые мужики не спят с любовницами, нисколько не терзаясь угрызениями совести? А тебе надо переспать для дела, чтобы привлечь к сотрудничеству. Так что, оставь свои моральные колебания и действуй. Девчонка-то хоть стоящая?
— Ты, словно змей-искуситель! — засмеялся Сергей. — Девчонка нормальная — начальник отдела.
— Упакована?
— Думаю не очень. Есть у неё, правда, своё авто — синяя семерка. Кстати, поможешь потом номера пробить?
— Не вопрос!
Забелин шутливо загнул второй палец на руке.
— Есть еще квартира — однушка.
— Ну, вот видишь! А ты говоришь: «не очень!»
— Ладно, — закрыл тему Сергей, — как прошел день? Сохранили приезжее лицо в неприкосновенности?
Цыганков в отличие от Забелина весь день был занят, участвую в сопровождении и охране московской вип-персоны.
— А что с ним сделается? Лицо, на то оно и лицо, помелькало и исчезло. К концу дня отправили в аэропорт. Наверное, — Цыганков посмотрел на часы, — подлетает к Москве. Вообще, скажу тебе, муторное это дело, таскаться следом за боссами в кортеже. Словно присутствуешь на чужом празднике, только в качестве официанта.
— Как говорится: «Назвался груздем — полезай в кузов». Заезжали куда или сразу в администрацию? Я новости сегодня не смотрел.
— Да так, несколько объектов посетили. Заехали на металлургический к Генералову, в танковое училище, попутно какой-то детский дом прихватили. Надо же показать, что власть любит детей.
Цыганков снова посмотрел на часы.
— Ты еще задержишься? А то я побегу…
— Да, поработаю.
Было около девяти вечера, когда Забелин окончил все дела, которые наметил выполнить сегодня. Складывая бумаги в сейф и опечатывая его, он внезапно представил, как приедет сейчас в квартиру к Рите. Несмотря на позднее время, она его ждет, приготовила ужин.
На душе его стало тепло как у человека, которому есть куда возвращаться, которого ждут.
«А ведь раньше я этого не чувствовал, — подумал он, — не чувствовал, потому что был один. Когда ты один, то никому не нужен, впрочем, как и тебе никто. Одиночество с одной стороны закаляет — становишься жестким и решительным, нет времени на сантименты, душевные эмоции. А с другой стороны…» Он хотел придумать затейливое сравнение, но в усталую голову ничего не приходило и ему не захотелось напрягаться.
Сергей спустился вниз, в дежурку, чтобы узнать, не едет ли дежурная машина в сторону улицы Зои Космодемьянской, где проживала Виккерс.
Но, никто не ехал в ту сторону, никто не хотел его подвезти.
— Владимир Георгиевич, я меня есть нехорошая информация по металлургическому заводу — потерев голову в районе висков — боль возникла с утра, видимо поднялось давление, сказал озабоченно Медведев озабоченно. — Мне звонил Алексей Никандрович, жаловался, что Плотников пытается выдвинуть какие-то неприемлемые для него условия на аукционе. Я вообще не понимаю — мы приняли решение передать оставшиеся ваучеры в фонд «Согласие». Для чего это делалось? Скажу откровенно, чтобы помочь Генералову выкупить заводские акции и тем самым, чтобы наши активы остались бы в области. Конечно, это нарушение законодательства, но разве там, наверху, — он многозначительно показал пальцем на потолок, — не нарушают законодательство?
— Да, конечно! — согласился с ним генерал Алексеев, которому такие случаи были известны намного больше, чем Медведеву.
Генерал подумал, что надо будет по возвращении в Управление немедленно запросить дело оперативной проверки,
