Вот жизнь настала! Не дают бедному некроманту спокойно отдохнуть! Свалились на голову две беды — студенты-практиканты. Учи их уму-разуму, страхуй от ошибок, следи, чтоб чего не натворили. А у меня сейчас у самого проблемы: в городе инквизиторы, из дома вещи пропадают, а Анджелина заставляют жениться. И все проблемы должен решить я, простой провинциальный некромант. И решу! В первый раз, что ли?
Авторы: Романова Галина Львовна
сел и некоторое время яростно кашлял и плевался, восстанавливая дыхание и щупая горло когтистыми пальцами. — Так и убить недолго!
— Извини, — повторил я.
Зимовит наконец отмер и поинтересовался, хлопая глазами:
— Вы что, знакомы?
— Да. И вы тоже знакомьтесь. Зимовит, это — волкодлак. Волче, это — Зимовит, студент.
Оба машинально протянули для пожатия руки — и так же машинально, опомнившись, спрятали их за спину.
— Студент, значит? — оскалился полузверь.
— Практикант, — уточнил тот.
— Угу… заметно. И откуда ты такой взялся, практикант?
— Из Колледжа. И у нас, между прочим, практика.
— А ты что тут делаешь? — опомнился я. Прежде этот волкодлак, старый знакомый мэтра Куббика, обитал поблизости от Больших Звездунов, хоронясь то в лесу неподалеку, то прямо на городском жальнике. А в позапрошлом году с приходом зимы исчез и с тех пор не подавал вестей. Наша сегодняшняя встреча была, мягко говоря, неожиданной.
— Вообще-то я тут живу, — оскорбился волкодлак. — Временно, разумеется. Кто ж такого, как я, долго возле себя терпеть будет?
— А чем тебя Звездуны не устраивали? Мы с мэтром к тебе нормально относились…
— Там цивилизация, — процедил полузверь и с наслаждением почесался. Передней конечностью, как человек. — Ведьмаки чаще появляются… А вы чего в глуши забыли?
— Не поверишь — тебя ловим! — пришлось рассказать всю историю с самого начала. «Обаратинь» хохотал с подвыванием и визгом, упав на спину и болтая в воздухе лапами.
— Ох, насмешили… А я вам, выходит, всю работу испортил? Ну, извиняйте! Смотрю — девица прямо мимо моей норы идет. Сурьезная такая. Дай, думаю, ее немножко того… шугану. А это ваша подружка, оказывается…
Только сейчас вспомнили о Марджет:
— А, кстати, где она?
Мы с тревогой огляделись, но жальник безмолвствовал. Лишь откуда-то сверху доносилось тихое поскуливание.
— Да вот же! — Волкодлак первым разглядел на макушке развесистого явора темное пятнышко. Дерево вымахало огромным, сквозь густую листву в ночной темноте почти ничего не было видно. Если бы не чутье полузверя, девушку пришлось бы искать до утра.
Мы окружили дерево, задрав головы.
— Марджет! Ты там?
— Сижу-у-у… — донеслось тоскливое.
— А как ты там оказалась?
— Не зна-а-аю, — послышался всхлип. — Снимите меня отсю-у-уда! Я бою-у-усь…
— Спускайся! Опасности нет! — Я потрепал волкодлака по плечу. — Это мой старый знакомый. Ошибочка вышла.
— Готов принести извинения, — поддакнул тот. — Слезай!
— Не могу-у-у-у… Стра-а-ашно! Помогии-и-ите! Кто-ни-бу-у-удь!
— А как ты тогда там оказалась?
— Сама не понимаю! По-моему, я сюда вскочила… Что мне делать?
— Ну, для начала попробуй отцепить одну руку и…
— Ни за что! — Слезы исчезли, зато прорвался истеричный визг. — Я боюсь!
М-да, ну и ситуация. Марджет мне здорово напоминала кошку: тоже забралась на самый верх и орет, не зная, как спуститься. А спускать надо. Женщины, в отличие от кошек, при падении на четыре лапы не приземляются.
— Надо ее оттуда снимать, — высказал очевидную мысль Зимовит.
Надо, кто спорит! Время позднее, и только ненормальные рискуют ночевать на чужом жальнике. Тем более что девушка запросто может задремать и во сне свалиться, переломав себе все кости.
— Что тут думать? — Волкодлак энергично поплевал себе на передние лапы и, эффектно встряхнув ими, выпустил когти. — Давайте я за нею полезу и сниму?
Волкодлаки впрямь могут карабкаться по вертикальным поверхностям, бегать по стенам и — если очень надо — даже по потолку. Лишь бы когти можно было вогнать! По деревьям они скачут лучше белок, а был случай, когда один полузверь смог зимой влезть на обледеневшую крепостную стену. Пролаяв что-то ободряющее, спасатель вонзил когти в кору и сноровисто пополз по стволу. Марджет, разглядев, кто к ней приближается, завопила дурным голосом и, судя по шороху ветвей, начала карабкаться еще выше.
— Не подходи! — слышался ее визг. — Мама! Спасите!
— Так тебя и спасают!
— Не хочу-у-у! А-а-а! Я сейчас упаду!
Одолев две трети расстояния, полузверь вынужден был вернуться, пятясь задом.
— Ничего не выходит. — Он энергично почесался и стал выковыривать из-под когтей кусочки коры. — Я — к ней, а она еще выше лезет. Забралась так высоко, как бы под нами обоими ветки не сломались. Ее-то одну выдержат, а двоих — нет.
Марджет уже сама сообразила, куда попала, и заорала еще громче.
Зимовит с досадой хватил кулаком по стволу.
— А может ее того?.. Ну, стряхнуть?
Идея понравилась всем, хотя дерево оказалось мощным
