Вот жизнь настала! Не дают бедному некроманту спокойно отдохнуть! Свалились на голову две беды — студенты-практиканты. Учи их уму-разуму, страхуй от ошибок, следи, чтоб чего не натворили. А у меня сейчас у самого проблемы: в городе инквизиторы, из дома вещи пропадают, а Анджелина заставляют жениться. И все проблемы должен решить я, простой провинциальный некромант. И решу! В первый раз, что ли?
Авторы: Романова Галина Львовна
больше, чем у меня. Так что особо притворяться не пришлось. Если этот тип меня разоблачит, одним трупом на местном жальнике будет больше. А у Хозяина появится еще один слуга — на сей раз не лишенный магических способностей. Упырем я два года назад чуть было не стал, теперь есть все шансы стать — или чуть было не стать — личем.
— Ты откуда такой взялся? — Некромант поднял руку со светильником повыше.
— Из д-дому… приехал…
И прямо на жальник, ага! Делать нечего! Если простой призрак во мне приезжего распознал, то «коллега» тем более не ошибется.
— Далековато ты заехал, парень.
— Так не местный я. Заблудился малость, а ворота закрыты… Пустите, а, дяденька? Мне страшно! Тут у вас кругом могилы…
Гули где-то за кустами завыли особенно страстно. То ли подыгрывали, то ли приглашали на прогулку.
— А как же! Жальник это, парень… Ну, добро. Заходи, коли не трусишь!
Это я-то трушу? Ну да, есть немного. И коленки дрожат, и зубы меленько постукивают. Сам, никто не толкает, по доброй воле иду в открытую могилу и прекрасно это знаю.
Тем не менее порог я переступил — и невольно отпрянул назад, закрываясь руками от яркого света.
— Т-ты! — взвыл местный житель. — Ты… кто?
— Не трогайте меня, дяденька! Свой я!
— Сво-ой, — протянул некромант, приближая свое лицо к моему.
И вот тут — верьте или нет — мне стало настолько страшно, что захотелось все бросить и бежать сломя голову. Ибо некромант, который сейчас смотрел мне в глаза, живым тоже не был.
В себя пришлось приходить довольно долго. Удушье навалилось, словно камень. Да зачем вообще дышать? Мне и так хорошо… спокойно… Лежи себе, ни о чем не думай… Ни тебе проблем, ни забот… только жди… А чего, собственно, жди? Накрытых столов? Чаши поминального вина, пахнущего вереском? Последнего пира на кургане, пока в языках пламени корчится, сгорая, твоя прежняя жизнь? На вересковых пустошах то и дело стелется дым — пока душа умершего человека пирует на кургане со своими предками, ее прежняя жизнь сгорает, оставляя после себя дым и пепел. Но весь вереск не выгорит никогда. И священные пчелы, из чьего меда и льют поминальное вино, никогда не перестанут летать над цветущей равниной, наполняя ее жужжанием. Это все исчезнет, лишь когда умрет последний человек…
А я что, тоже умер? Когда? Что-то не припомню! И где, в таком случае, мое поминальное вино?
К губам прикасается какая-то чаша. Но внутри простая вода. Обманули!
От возмущения сразу нашлись силы, и я сел, озираясь по сторонам. И никакой это не курган, а тесная темная избушка. Сижу на лавке, вросшей в пол, свесив ноги и глядя на хозяина сего обиталища. Он немного выше меня, жилистый, костистый, с длинными, ниже лопаток, волосами угольно-черного цвета. Странного изжелта-серого цвета плащ из тонкой ткани небрежно обернут вокруг тела.
— А ты смелый, — нарушил молчание хозяин дома, — не побоялся переступить порог. Уважаю таких…
— Сумасшедших?
Мертвый некромант развернулся в мою сторону. Сразу стало холодно спине — я моментально вспотел от страха и волнения. Выстоять в поединке с этим противником шансов нет.
— Ты, надеюсь, не считаешь таковым меня?
— Нет… себя.
— А вот они считали. — Пустые провалы глазниц зажглись зловещим огнем. Какая же сила была в этом человеке при жизни, если даже сейчас, спустя много лет после смерти, он сохранял ее значительную часть?
— Ваши… э-э-э… наши коллеги?
— Да при чем тут они? — отмахнулся мертвец. — Гневеши!
Стоп-стоп! Это имя я уже где-то слышал. И совсем недавно.
— Кто такие Гневеши? Понимаете ли, мэтр, я приезжий и просто не в курсе последних событий…
— Естественно, не в курсе, — рассмеялся мертвый некромант. — Тебя тогда и на свете-то не было… Как давно родился?
— Двадцать пять лет назад.
— А со мной это, — он посмотрел на свою высохшую руку, на которой пальцы больше напоминали скрюченные птичьи когти, несколько раз сжал и разжал кулак — сделали почти тридцать пять лет тому назад. Много лет и зим миновало с той поры… — Он вперил тоскливый взгляд в пространство, углубившись в воспоминания. — Иногда мне казалось, что я теряю счет времени. Иногда — что забываю свое собственное имя, свое «я», свою суть… Но про месть я помнил всегда. И это она не дала мне окончательно умереть. Они не знали, с кем связались — и проклятие настигло их!
— Какое проклятие? — Или у меня провалы в памяти, или в последнее время вокруг стало слишком много проклятий.
— А тебе-то что с того? — Мертвец взглянул с нескрываемой злобой.
— Ну, понимаете, честь гильдии все-таки… Какие-то простые смертные столь жестоко обошлись с одним из моих коллег,
