такая информация? Источник?
— Из японского посольства. Папа там работает … — всхлипнула — работал в посольстве шофёром много лет. Посла вози… возил. Оттуда.
— Какое уничтожение? Атомное? Война?
— Нет. Чума.
— Чего?
— Чума.
— Поехали за бумагами. Я посмотрю. Только тихо. Сейчас ты поднимешь руки, я пристегну тебя ремнем. У меня пистолет с глушителем. Буду стрелять через спинку кресла. Только дёрнись! Где бумаги?
— На вокзале. Главном вокзале.
— Как поедешь?
Ехать недалеко. Но можно и нарваться на неприятности.
Она изложила маршрут.
— Езжай аккуратно. Без фокусов.
— Вы убили отца?
— Нет. Где ты находилась?
Она описала. На пятом этаже. Позиция у неё была лучше, чем зарезервированная квартира для меня. Только стрелять в эту удобную позицию было неудобно. Я-то ещё удивился, неужели не могли получше выбрать для меня? Они выбирали не для меня получше. Для гранатомётчика выгоднее. С правой руки стрелять чуть левее от него. Значит, всё было предрешено заранее. Вот, значит, какой расклад.
— В каком году ты родилась?
— В 1987.
Твою мать! Вот это расклад вытанцовывается!
— Где родилась?
— В Костроме. Это в России.
— Когда приехала в Германию?
— В 1992г. Папа привёз. Мама умерла.
Вот это дело!!! В руках был козырь, возьми девчонку, и Ланге пел бы как тенор в опере! Только Рихард стал шашлыком. И козырь не используешь. И чекисты хороши! В 1992г. прозевали, что Конфуций под носом у них вывез дочь.
Контрольный вопрос.
— Как звали мать?
— Татьяна. Родители познакомились, когда папа учился в Академии в Ленинграде. КГБ их разлучило. Тогда нельзя было встречаться с иностранцами. Вы из КГБ.
— Рули, давай. Вопросы я задаю.
— Отец хотел встретиться с резидентом. Бумаги есть бумагами. Он многое знал, этого в бумагах нет. Папы нет… Мамы нет…— она была готова снова разрыдаться.
Эмоция «горе» накатывает волнами. Не хватало нам сейчас в ДТП попасть или чтобы дорожная полиция остановила. Или бдительный немец сообщил в полицию, что девица ведёт себя неадекватно. У немцев это не заржавеет. Стучать у них в крови. Зато у них порядок. В России же стукачество — позорное занятие.
Кулаком ударил по спинке кресла.
— Веди. Рули. Руки с руля не снимать. Прямо смотри!!!
— Вы должны были отдать ему деньги!
— Зачем ему столько денег?
— У него нашли рак. На лечение нужно было. На реабилитацию. И мне обеспечить жизнь. А его нет… А…
— Руки на руль, дура! — лёгкий подзатыльник — Иначе сейчас свяжу и в багажник засуну. До утра.
— Не надо в багажник!
— Что ещё знаешь про бумаги. Или помимо бумаг.
— Ничего не знаю.
— Не ври!
— Вы меня убьёте? Убьёте?
— Всё от тебя зависит!
— Это же не вы папу убили?
— Рули. Я же сказал, что не я.
— Я слышала всё. И почти всё видела. Папа не сказал ничего. Он же знал многое. Если бы его хотели вы его убить, то, наверное, документы бы сначала забрали, а потом уже убили бы. Правда?
— Ты много болтаешь. Мне нужны документы. Потом поедешь куда хочешь.
— Правда?
— Правда. Если отдашь все документы. Потому что мне известно. Что документы у вас не в одном месте хранится.
Я блефовал. Но, коль, они насмотрелись шпионских фильмов, то там часто разделяют информацию на части.
— Откуда вы знаете?
— Нам многое известно. Где именно хранятся документы?
— В студенческом кампусе. У подруги оставила часть вещей.
— Как зовут подругу? Точный адрес? Телефон?
Она отвечала чётко, без запинки. Я запоминал.
— А телефон запомнили? Не будете записывать?
— Какая фамилия у твоей мамы была? — ещё не хватало чтобы я отвечал на вопросы соплячки.
— Кузнецова. Папа скрывал меня ото всех. Я много лет жила у его сестры — моей тёти и у бабушки. Папа опасался, что КГБ меня заберёт или убьёт как маму. Из мести.
— Папа всерьёз считал, что КГБ убил твою мать?
— Он не знал. Моя русская бабушка сказала, что её сбила машина, которую не нашли. А больнице для мамы не нашлось лекарства. Так КГБ делал. Это по телевизору показывали.
— В то время в больнице кроме термометров не было лекарств.
— Как так?
— Расскажи мне про чуму.
— Что чуму хотят распылить в России.
— Ты что дура? Когда? Где? Кто? Как? Подробности! И как твой отец узнал про всё это? Он — шофёр, а не Рихард Зорге!
— Папа много лет возил японского посла. У посла была любовница. Немка. Однажды, во время секса, она умерла.
Ничего себе! Подумал я. Вот у японца потенция! Что же он такое ест? Женщину до смерти?! Такое только в анекдотах и сказках! Врёт сволочь!
— Не от секса она умерла.
