Не ошибается только бог. Ангелы тоже совершают ошибки. Это ощутил на себе Артем Рахвалов, когда по оплошности ангела судьбы попал в другое тело. И каково же было его удивление, когда он понял, что рядом с ним присутствует и сам хозяин этого тела. А кроме того, он очутился совсем в другом мире. Жестком и алчном. Где практикуется магия, а магов контролирует церковь Свидетелей Славы Хранителя.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
оправдание, сударь?
— В оправдание говорить не буду, ваша честь, — сказал Артем, чем сильно удивил судью. Тот пошире раскрыл глаза и с интересом посмотрел на полноватого парня, лицо которого не отображало наличия каких-либо мыслей у него в голове. — Хочу обвинить этих двоих в том, что они отравили меня и хотели воспользоваться моей беспомощностью, чтобы вымогать у меня деньги. Для этого обвинив в насилии. Эту девушку я видел днем на корабле в их каюте, куда меня пригласил ее отец, чтобы я полечил ее. Зайдя в каюту, я увидел, что девушка одержима греховной страстью, и прочитал над ней молитву. — В доказательство он достал молитвенник и пояснил: — Когда я, ваша честь, служил в библиотеке монастыря преподобного Брока, я всегда читал эти молитвы во славу нашего Хранителя. Кстати сказать, ваша честь, о таких проявлениях врага, что захватывает души молодых дев, мне рассказывал мой наставник отец Ермолай, меченосец Ордена инквизиторов.
Упоминание монастыря преподобного Брока и наставника в лице могущественной инквизиции произвели на присутствующих впечатление разорвавшейся бомбы. А то, что он показал на девушку, как на одержимую, требовало привлечения к этому делу клириков церкви. Обвинение было высказано вслух и при свидетелях. Девушка, услышав слова парня, упала на колени.
— Я не виновата! Это все он! — показала она рукой на отца. — Он меня заставил. Он не мой отец. Это бандит! Он мучил меня и заставлял обманывать, угрожая убить. Я не одержимая.
Судья, оторопевший от такого признания, стукнул молотком по столу.
— Дело разобрано. Ответчик не виновен. Лжесвидетели в свете открывшихся новых обстоятельств передаются суду церкви. — Он нагнулся к секретарю и что-то прошептал тому на ухо. Писарь кивнул и вышел.
— Господин Грузь, вы задержаны как свидетель до прибытия и дачи показаний братьям меченосцам. Сообщите стражникам, в какой гостинице вы остановитесь. Вам запрещен выезд из города.
— Понял, ваша честь, — поклонился Артем. Ему было жалко девушку, но еще больше было жаль себя. Умирать на каторге за то, чего он не делал, он очень не хотел.
Удивлены заявлением Артема были не только присутствующие, но и также Арингил и Агнесса. Ангел хлопал глазами и копался в своей книге, пытаясь разглядеть новые линии предстоящих событий. Тифлинг чесала рожки на голове, обалдело глядя на человека. Он, конечно, эффектно выиграл дело. Но привлечение церкви ему самому грозило костром. Инквизиторам было все равно, сколько людей сжечь, Агнесса это хорошо знала не понаслышке. Вот кто его тянул за язык обвинять эту дурочку в одержимости?
— Он играет с огнем! — укоризненно произнесла она и покосилась на свою бабку, присутствующую на суде. «Что она там забыла?» — отстраненно подумала девушка.
Внизу матрос потоптался на месте и, видя, что его показания не пригодились, похлопал парня по плечу.
— Поздравляю, друг. И рад за тебя. Держись. — Он еще раз похлопал парня и ушел. Женщина, наоборот, подошла и с интересом стала его разглядывать.
— Скажи сержанту, что остановишься в «Речной лилии», это хороший постоялый двор. Я буду ждать на улице. — Она стала уходить, а Артем задумчиво смотрел ей вслед. Что-то знакомое было в ней. Но что? Он не мог вспомнить.
На окраине столицы стоял небольшой особняк, скрытый от любопытных глаз большим садом. Он стоял в тупичке, охраняемый тишиной. Она наполняла сад, проникала в дом через плотно прикрытые ставни, через запертые двери, разливалась по этажам и властвовала здесь вместе с наступившей темнотой. Даже присутствие человека, утопающего в глубоком мягком кресле, не нарушало всевластия тандема. Ее не нарушали молчаливые слуги, словно потерявшиеся тени бродившие по дому. Этой власти не нарушали гости. Их просто никогда не было в этом доме. Так было почти всегда, но не сегодня.
— Ибрагим, что тебе удалось узнать? — Хрипловатый голос человека, скрытого темнотой кабинета, прозвучал равнодушно, без проявления эмоций, разрывая царство тишины и показывая ей, что он здесь полновластный господин. Голос его прозвучал на той непонятной ноте, когда сразу не разберешь, кто спрашивает — мужчина или женщина. Но стоявшему у двери человеку, несмотря на то что он никогда не видел говорившего, это было безразлично, ему достаточно было того, что он слышал своего хозяина.
— Трое умерли, но что-то в этих смертях внушило подозрение королю. Он подозревает королевского прокурора и снял того с должности. Сына лишил права занять трон, и теперь первым наследником стал Хрумнис, сын конта Чарстоуна. Странно, что король не арестовал прокурора, а только снял с должности. Кроме того,
