Не ошибается только бог. Ангелы тоже совершают ошибки. Это ощутил на себе Артем Рахвалов, когда по оплошности ангела судьбы попал в другое тело. И каково же было его удивление, когда он понял, что рядом с ним присутствует и сам хозяин этого тела. А кроме того, он очутился совсем в другом мире. Жестком и алчном. Где практикуется магия, а магов контролирует церковь Свидетелей Славы Хранителя.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
я пойти с вами, — дрожащими губами произнесла она, — мы с вами мало знакомы, сударь.
— Я просто угощу вас сладостями нашего юга и покажу, какие лучше не брать. Я вижу, что вы не очень разбираетесь в этом.
Услышав предложение помощи разобраться в экзотических фруктах и сладостях юга, девушка решилась:
— Я не против. Жураб, подожди в тени, я поговорю с господином.
Южанин, не снимая улыбки со своего лица, сунул пять драхм мальцу в руки, добавив:
— Купи медовые орехи, чтобы не скучать.
Они прошли под навес одного из трактиров. Рамиз заказал щербет, чай и легкое южное вино. Сначала девушка стеснялась, но южанин вел разговоры по существу, рассказывая ей, как правильно выбирать фрукты, на что надо обратить внимание. И какие сладости лучше всего подавать к каким блюдам. Гажена заслушалась и в конце концов прониклась доверием. Пригубила вино, потом еще раз, щечки ее порозовели, и она была почти счастлива. Вино было легким и отменным, щербет сладок, а речи Рамиза, пронизанные юмором и знанием предмета, очаровывали.
— Вы покупаете все это для себя или где-то служите? — спросил между делом Рамиз.
— Нет, не для себя, я дочь управляющего домом королевского прокурора и хожу на рынок, чтобы приобрести все необходимое для стола их милости.
— Какое горе! — неожиданно вскричал южанин. — Так, стало быть, я скоро вас потеряю!
Девушка, удивленная всплеском эмоций Рамиза, посмотрела на него и спросила:
— Почему вы так решили, сударь?
— Ну как же, все только и говорят, что сын прокурора стал наследником. Он въедет во дворец, а за ним следом там, за высокими стенами Запретного города, скроетесь и вы, Гажена.
Девушка, услышав слова мужчины, рассмеялась.
— Не скроюсь! Их милость уже не королевский прокурор, а сын не будет королем.
— Да что вы такое говорите, Гажена. Мне что-то с трудом в такое верится.
— Поверьте, Рамиз, я сама слышала, как ругались отец и сын по поводу королевства. — Она придвинулась поближе к южанину и зашептала: — Сынок на днях приходил к отцу, и они сильно ругались. Сын требовал объяснений, почему отец ушел со службы, и кричал, что его отстранение от наследования трона незаконно. А их милость отвечал, что сын пусть благодарит его, что он ходит живой и на свободе. Что на них пало подозрение в гибели троих наследников, и чтобы эти подозрения снять, он сам попросил короля дать ему отставку и отказать его сыну в праве на трон. На что сынок обозвал его милость старым дуралеем, и что он загубил ему жизнь, и, хлопнув дверью, ушел. А их милость вслед кричал, что лучше быть без короны, но живым, чем иметь призрачный шанс оправдаться, вися на дыбе.
— Да что вы говорите! — удивился Рамиз. — Ну надо же, какие события происходят в столице!
Девушка встрепенулась и стала поспешно собираться.
— Простите, господин Рамиз, но мне уже пора.
Она с довольным видом на лице встала, слегка присела, изображая поклон, и поспешила на выход. Рамиз шел следом, отступив от девушки на один шаг. На выходе он попрощался, поклонившись ей, и погладил ее теплую руку.
Гажена поманила паренька, сидевшего в тени дерева, еще раз оглянулась и поспешила прочь.
Поздним вечером Ибрагим докладывал хозяину о том, что узнал. Тот долго думал и в конце концов произнес:
— Поддерживай эти отношения с девушкой. Постарайся ее влюбить в себя, Ибрагим. Это может нам пригодиться. Постоянно знай, что происходит в доме прокурора. Не верю я этому старому лису. За все время его службы я не смог найти к нему отмычки.
— Понял, — поклонился в темноте Ибрагим.
Бывший королевский прокурор Грибус Аданадис был человеком плотного телосложения, с крупными чертами лица, смягченными полнотой. На лице было выражение внимательности и дружелюбия, глаза, как щели амбразуры, смотрели доверительно. У несведущего человека могло сложиться впечатление, что перед ним сидит, сложив пухлые руки на объемном животе, прирожденный добряк.
Но сидящий напротив него седовласый человек лет сорока — сорока пяти прекрасно знал, как обманчиво это первое впечатление, и поэтому собрал все свое внимание. Бывший охотник за головами, частный розыскник, которого нанимали для тайной слежки, был знаком с характером прокурора не понаслышке. В свое время тот чуть не отправил его на каторгу на долгие десять лет. Но оценив ловкость и умение лазутчика и шпиона соседнего княжества, предложил ему негласную службу. Вернее, он предложил ему выбор: пойти на каторгу или стать двойным агентом. Естественно, Кварт Свирт выбрал второе и не прогадал. Он выполнял щекотливые поручения хозяина и обеспечил свою старость, а также подданство королевства. Вот и теперь он был собран и внимателен.
