Не ошибается только бог. Ангелы тоже совершают ошибки. Это ощутил на себе Артем Рахвалов, когда по оплошности ангела судьбы попал в другое тело. И каково же было его удивление, когда он понял, что рядом с ним присутствует и сам хозяин этого тела. А кроме того, он очутился совсем в другом мире. Жестком и алчном. Где практикуется магия, а магов контролирует церковь Свидетелей Славы Хранителя.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
— В том смысле, что где, как не в тюрьме, вызнавать про тайны колдунов, господин сержант, — ответил не смутившийся Артем и улыбнулся.
Сержант бросил взгляд на рот Артема и крякнул.
— Кхм, — прочистил он горло. — А что у тебя с зубами, Артем?
— А что с ними? — в ответ спросил Артем и потер их пальцами.
— Да сверкают больно уж ярко.
— А, это… — Артем почему-то не удивился вопросу. — Вчера с местными подрался — так они мне зубы выбили.
— Что, не удержался и напился? — ухмыльнулся сержант.
— Да, было дело, — неохотно сознался Артем, почем зря кляня Артама. — Потом вот вылечил зубы. С тех пор они стали гладкими, как новые. Ну еще мелом чищу.
— Точно как новые, — подтвердил сержант. — А мелом зачем чистишь?
Артем бросил взгляд на его меч в простых ножнах и спросил:
— Вы вот, господин сержант, меч свой чистите?
— А как же!
— И как?
— Что как? Блестит, как у кота… — он осекся и громко засмеялся.
— Вот и у меня то же самое, блестят, значит, — со смешком ответил Артем.
— Может, и мне полечишь? — отсмеявшись, спросил сержант.
— А почему нет, — не стал отказываться Артем, — только у меня сначала все зубы исчезли, а потом появились новые. К утру, — пояснил он.
— Нет уж, благодарствую! — вновь засмеялся сержант. — Я лучше со своими похожу, со старыми.
За разговорами они незаметно подошли к мрачному каменному зданию, обнесенному высоким деревянным забором. Сержант что-то буркнул охраннику, и их пропустили. Они прошли небольшой двор. Вошли вовнутрь. Сержант опять что-то буркнул охраннику, и их пропустили в подвал. Сержант провел его до двери, обитой железом.
— Подожди здесь, — негромко сказал он и, постучав, вошел. Вышел он сразу. — Заходи, — строго проговорил и подмигнул.
Артем вошел и огляделся. В полумраке тюремного помещения горел светильник. За небольшим столом сидел в рясе инквизитор — крепкий мужик с откормленной ряхой и вторым подбородком. Свет падал только на Артема, сам святой отец-меченосец находился в тени.
— Доброго здравия вам, святой отец, — поклонился Артем. — Благословите меня, как верного сына матери церкви. — Кланяться ему было легко, он не гордый.
Инквизитор некоторое время рассматривал парня, пытаясь понять, кто перед ним. Лицо простое. Глуповатое. Глаз не прячет, смотрит прямо, но почтительно. Насмотревшись, спросил:
— Кто ты? Расскажи о себе.
— Я — Артам Грузь. Сын бакалейщика из города Брешта, что находится в провинции Аногур. Родился в третий месяц весны в тридцать четвертый год правления короля Безгона Мудрого. Многие лета его величеству. Моя мать Арнина — дочь торговца восточными сладостями. Женщина весьма добродетельная. Верная прихожанка Храма.
— Стоп! — не выдержал инквизитор. — Просто отвечай на вопросы, которые я буду задавать. Понял?
— Конечно понял, святой отец, — охотно закивал парень. — Моя мать меня всегда учила: «Артам, слушай взрослых и будь внимателен к их словам, тогда ты добьешься в жизни многого»…
— Все! — прервал его инквизитор, и было видно, что он приходит в раздражение. Он отдышался и, прищурив и так узкие глазки, почти прошипел: — Как ты оказался здесь?
Почти как змея, подумал Артем и, сделав самое удивленное выражение на лице, которое только смог изобразить, ответил.
— Ну вы даете, ваше святейшество! Сразу видно, заработались, вам бы отдохнуть…
— Отвечай только на мой вопрос, недоумок! — опять прервал его инквизитор.
— Так я и отвечаю со всем моим уважением, святой отец. Только вы дослушать не хотите. Как наш кузнец. К нему, бывало, приходишь…
— Отвечай на мой вопрос, дурень, и все. Понял?
— Понял, святой отец. Я здесь, потому что вы меня сюда позвали. — После этих слов он посмотрел на инквизитора как на неразумного младенца, нежно и почти с любовью. Его взгляду мог бы позавидовать бравый Швейк, который так же смотрел на врача, прописавшего ему касторку.
— Заткнись! — Инквизитор вытер платком потное лицо.
— Молчу, святой отец. Мой отец Штефан Грузь — удачливый торговец и мудрый человек — поучал меня…
— Молчать! — заорал инквизитор и хлопнул ладонью по столу. — Ты маг? — сдерживая рвущийся наружу гнев, спросил он и уставился на Артема, как на приверженца хаоса.
Но тот молчал.
— Почему не отвечаешь? — Служитель подобрался, и голос его зазвучал вкрадчиво.
— Вы уж, святой отец, определитесь — молчать или отвечать. Как вас понять? Вот отец Ермолай — мой наставник и поборник веры — всегда знал, что нужно. Кого сжечь, кому молчать, а кому вбивать истину. Так что мне делать: молчать или отвечать?
Святой отец, сбитый с толку отповедью
