Не ошибается только бог. Ангелы тоже совершают ошибки. Это ощутил на себе Артем Рахвалов, когда по оплошности ангела судьбы попал в другое тело. И каково же было его удивление, когда он понял, что рядом с ним присутствует и сам хозяин этого тела. А кроме того, он очутился совсем в другом мире. Жестком и алчном. Где практикуется магия, а магов контролирует церковь Свидетелей Славы Хранителя.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
скудная, если не сказать нищенская. Кровать, застланная серой простыней, под ней соломенный тюфяк. Чтобы укрыться — какая-то облезлая шкура. Глиняный горшок под кроватью и лавка. Его осторожно положили на кровать, и она заскрипела под ним. Зашла девочка-замарашка в грязном платье и с босыми ногами. Подол платья подоткнут за пояс, открывая худые ножки, искривленные недостатком кальция, и унесла горшок. Все это Артем подмечал, не задумываясь, накапливая информацию. Кто как себя ведет, как говорит. Даже как ходит. Здесь была строгая вертикаль власти, и нарушить ее порядок значило совершить преступление.
Он хорошо знал культуру средневековья Земли и пытался сравнивать, находя схожие моменты. Но все равно информации было катастрофически мало. Мешало думать то, что постель кишела блохами. Прыгучие твари, видно, изголодались и набросились на Артема с жадностью людоедов.
Вошла та же девочка и поставила горшок под кровать, не поднимая головы, спросила:
— Может, что угодно вашей милости?
— Угодно, — ответил Артем, и девочка, шмыгнув носом, безропотно стала раздеваться. Сделала она это быстро, сбросив рваные обноски одним движением, и осталась полностью обнаженной.
Перед ошеломленным Артемом стоял скелет, обтянутый кожей, с грязными подтеками на теле. Присмотревшись, он понял, что это налитые лиловым, баклажанным цветом разбросанные по всему телу застарелые синяки и ссадины.
— Оденься! — поморщился Артем. Заниматься непотребством с этой кривоногой девчонкой он не испытывал никакого желания. Но толстяк Артам, видимо, не брезговал ничем. «Вот скотина», — ругнулся про себя Артем. Подождал, пока девочка покорно оденется.
— Тебя как зовут? — задал он первый вопрос.
Девочка удивленно посмотрела на него и несмело ответила:
— Как назвала мать, не помню, но все кличут меня Чучелом.
— Да уж, — крякнул Артем, видимо, жизнь простолюдинов здесь не сладка. — Присядь, мне тебя кое о чем расспросить надо.
Девочка присела на край лавки, опустила голову и стала безропотно ждать.
— Меня ударили по голове, и я многое забыл. Скажи, я заставлял тебя с собой спать?
— Нет, что вы, ваша милость! — воскликнула девочка, и Артем вздохнул с облегчением. — Вы просто позвали меня разделить с вами ложе, вы не заставляли.
Девочка подняла голову и искренне посмотрела ему в глаза.
— Хрен редьки не слаще, — проговорил недовольный Артем.
Девочка, увидев раздражение мага, сжалась и вновь опустила голову.
— Я давно в замке? — начал он издалека.
— Семь дней, ваша милость.
— Я все время жил здесь? — тоскливо обвел он глазами каморку, что ему выделили.
— Да, ваша милость, это гостевые покои для неблагородных господ. — Девочка отвечала сразу, однотонным скучным голосом, не проявляя эмоций. Может, их у нее уже и не было, подумал Артем, кроме страха и покорности. Все остальное из нее выбили.
— Как ко мне относятся в замке? — спросил он, подумав.
Девочка, не понимая вопроса, уставилась на него.
— Как ко мне относится конт — как к слугам или лучше?
Теперь девочка поняла, чего от нее хотят:
— Нет, ваша милость, конт считает вас выше слуг, он обращается с вами уважительно.
— Понятно, — подумав, что не все так плохо, ответил Артем. — А отец Ермолай?
Девочка, услышав вопрос, боязливо огляделась.
— Не бойся, я никому не расскажу о нашем разговоре. Помоги мне, а я помогу тебе и накажу всех слуг, что тебя обижают.
— И конюха накажете? — спросила девочка.
— И его тоже.
— Хорошо! Слушайте! — заговорщицки, шепотом произнесла она. В ее детских глазках было полное доверие к Артему. Она наклонилась к нему поближе и стала говорить. — Я слышала, как инквизитор говорил кому-то, что надо за вами присмотреть, что вы могли заразиться вольно… вольно… — Она закусила губку, пытаясь вспомнить слово, и, обрадованная тем, что ей удалось вспомнить его, закончила: — Вольнодумством. Что он не выполнил план по грешникам.
«Вот оно как, — со страхом подумал Артем, — тут планы по сожжению еретиков. Не сладко, однако».
— Я с ним общался?
— Да, ваша милость, он угощал вас вином и спрашивал, спрашивал…
Артему стало холодно. Мерзкий холодный пот, несмотря на духоту в комнате, пробежал струйкой по спине. Что мог наговорить по пьянке Артам, оставалось только догадываться.
— Как надлежит обращаться к конту, человеку моего звания? — переборов страх, спросил Артем. Что такое инквизиция и скольких они отправили на костер, он хорошо знал. Томас Торквемада, Великий инквизитор, оставил заметный кровавый след в истории, выстелив его сотнями пепелищ по всей Испании.
