Не ошибается только бог. Ангелы тоже совершают ошибки. Это ощутил на себе Артем Рахвалов, когда по оплошности ангела судьбы попал в другое тело. И каково же было его удивление, когда он понял, что рядом с ним присутствует и сам хозяин этого тела. А кроме того, он очутился совсем в другом мире. Жестком и алчном. Где практикуется магия, а магов контролирует церковь Свидетелей Славы Хранителя.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
лицо маску суровости. — Но мать церковь нас учит, что всякий дар свыше исходит от господина нашего Хранителя, а ты вот на соседа поклеп возводишь. Я вот думаю — по незнанию или на его жену глаз блудливый положил? — прищурился он и вперил взор в мужичка.
Тот побледнел, съежился и стал истово осенять себя змейкой.
— И в мыслях не было, господин маг. Только ради истины и желания помочь меченосцу веры святейшего ордена. Может, что перепутал, так то от неграмотности. — Его глаза стали жалостливыми, и в них затаился страх.
— Ты не юли, хозяин, скажи лучше: как давно на исповеди был? — Артем коршуном навис над щуплым мужичком. Тот затряс бороденкой, силясь что-то сказать, но только стал непрерывно икать.
— Одержимый, что ли? — Землянин вновь опасно прищурился.
Хозяин постоялого двора закатил глаза и был на грани обморока. Он зашатался, покрывшись по том, и стал спускаться со стула, пытаясь встать на колени.
— Сидеть! — прикрикнул Артем, и тот вновь уселся на табурет. — Давай, исповедуй грехи, отрыжка бесовская, и я, может быть, упрошу отца Ермолая отпустить тебе их.
— Все расскажу как есть, ваше магичество! — прижал руки к груди и со слезами на глазах начал шептать мужичок. — Засматриваюсь на жену Ливерхейца, он старый, а она молода, к ним завсегда господа едут и останавливаются. А она их ублажает за деньги. Я тоже раза два пользовался ее вниманием. Горячая штучка, — добавил он мечтательно, потом опомнился и осенил себя змейкой. — Пиво развожу водой. Но больше не буду, вот как есть, Хранителем клянусь, не буду. С вас взял мзду в два раза дороже… — И он, вытащив дрожащими руками серебряный кругляш, выложил его на стол. — К старухе-знахарке ездил лечился. — Он еще минут пять перечислял грехи и замолчал, преданно глядя на Артема.
— А что же ты не говоришь о своем бесовском святилище духам удачи и проклятия? — наугад спросил Артем, вспомнив рассказ великого Суня. Ну не может быть, чтобы такой проходимец, как хозяин этого постоялого двора, не приносил жертв и просьб соплеменникам Свада. Он в это просто не мог поверить.
Казалось, мужика сейчас хватит удар. Он опять заструился к полу, чтобы опуститься на колени.
— Помилуйте, ваше магичество! Бес попутал! — зарыдал он.
— Сидеть! — опять негромко приказал Артем. — Значит, так! — проговорил землянин, зная, как католики продавали индульгенции. — Для покрытия своих грехов ты должен уплатить матери церкви в моем лице… — Он выжидающе посмотрел на хозяина.
Тот понял сразу и сказал, обрадовавшись:
— Один золотой барет.
Артем вспомнил сотрудника паспортного стола одного из районов Москвы и скривился так же, как и тот, когда он предложил ему маленькую сумму. Сумма была маленькой в представлении чиновника, а для Артема и она оказалась неподъемной.
— Два барета? — Хозяин заморгал, увидев, как презрительно сморщилось лицо вымогателя, и, упав духом, добавил еще один золотой: — Три, ваше магичество.
Пошарил за пазухой и вытащил три золотых, осторожно выложил на стол, долго держал над ними руки, боясь расстаться с деньгами, но, пересилив себя, убрал и безвольно сложил их на колени. Артем быстро спрятал деньги, выложил тридцать драхм и, пододвинув к удивленному хозяину, пояснил:
— Плата за проживание. Не могу же я тебя обирать, хозяин.
Но хозяин, глядя на медяки, скривился, как будто выпил стакан первача. Нехотя взял деньги и зажал в кулаке.
Успокоившийся Артем посмотрел на поникшего мужика и сказал:
— Прощаются тебе твои грехи, иди и не греши.
Мужик встал и нетвердой походкой отправился за свою буфетную стойку. Землянин задумчиво глядел ему вслед. Он только что разыграл сценку Остапа Бендера, получил деньги и обманул доверчивого проходимца. Само словосочетание «доверчивый проходимец» звучало анахронизмом, но на почве страха перед инквизицией жулик сам попался на «разводку». Понимал ли он это? Скорее всего, нет. Но и сам Артем чувствовал неприятный привкус в душе от своего обмана. С этим надо было что-то делать. Внутренний дискомфорт мешал ему обрести душевный покой.
— Да что он мучается! — воскликнула тифлинг. — Такого представления я в жизни не видела. Какие у вас талантливые люди во вселенной Земля. Подумаешь, нагрел жулика на три барета. Он за неделю вернет убытки.
Арингил промолчал. Он понимал смятение молодого парня, вынужденного поступиться своей совестью, но не мог ему помочь. Путь, который он выбрал, был скрыт в тумане, и неизвестно, что лучше было для него — чтобы его боялись или считали за дурака.
— Надеюсь, все образуется, — проговорил он.
Артем насытился и подошел к хмурому хозяину, вновь занявшему свое место за стойкой.
