В двадцать первом веке он учился исцелять, а в пятнадцатом ему пришлось убивать. Роберт Смирнов, он же Робер де Могуле, вступив в Третий орден францисканцев, стремился стать лучшим, доказать свою незаменимость. Его наконец оценили, доверили охранять последнюю надежду растерзанной англичанами Франции.
Авторы: Родионов Андрей
Суда, подобные «Святому Антонию», бороздят моря вот уже три века, со времен крестовых походов. Конструкция, проверенная временем, надежная, насколько это только возможно. Рекордов скорости таким судам не поставить, да этого от них никто и не ждет, лишь бы довозили ценный товар до места назначения. Корпус метров двадцати в длину собран из досок внахлест, по образу и подобию кораблей викингов. Честно говоря, нынешние купцы не особенното и отличаются от своих далеких предков. Разве что ныне предпочитают торговать, то есть обманывать, а не грабить напрямую. Смягчаются нравы в Европе, хотя внешне моряки все те же: разбойничьи рожи, широкие плечи, жилистые тела да изобилие смертоносного железа. На корме установлены две пушки на деревянных колодах, достойный ответ пиратам. Подика тронь купцов, в ответ они так хватанут стальными клыками, что навек заречешься!
Под размеренными ударами волн корпус судна уныло поскрипывает, в центре палубы возносится в небо мачта, сделанная из целой корабельной сосны. К мачте прикреплена десятиметровая рея с громадным четырехугольным парусом, между бушпритом и мачтой подняты два треугольных, или латинских, паруса. В просторном трюме переступают с ноги на ногу боевые кони, в нетерпении ожидая прибытия, сами мы обитаем в надстройках на корме. По легенде, отряд наемников шевалье де Кардига плывет искать лучшей доли в английском королевстве, до этого мы служили по контракту епископу Тулузскому. Разумеется, все документы у нас в полном порядке, да и рекомендации от бывшего сеньора имеются самые наилучшие.
Отчего мы не продлили договор? Ну, во Франции сейчас стало чересчур оживленно, в Священной Римской империи, напротив, скучно, на Иберийском полуострове – жарко. А вот в Британии, где между дядями малолетнего короля наметились определенные разногласия, мы сможем найти достойную работу. К тому же на острове бароны вовсю шалят, каждый старается растопырить локти пошире, оттяпать у ближайшего соседа деревушку, а то и фамильный замок с обязательным привидением. В Англии сейчас настоящее раздолье для наемников.
Нас двадцать один человек, мы – лучшие воины из тех, что нашлись у Третьего ордена францисканцев. Высокие и не очень, бугрящиеся мускулами и сухие как щепки, молодые и средних лет. У нас спокойный, уверенный взгляд, мы не теряем хладнокровия, что бы ни происходило вокруг. Нас не смутить ни видом наставленного оружия, ни подавляющим численным превосходством противника, мы – профессионалы. Каждый из нас твердо знает, что когданибудь умрет, а потому не особенно заморачивается по этому поводу. Один умный человек обронил както, что артиллерия – последний довод королей. Правильнее будет сказать, что спецназ – вот последний из доводов, решение любого вопроса. В этом знании и заключается секрет нашего спокойствия, мы – лучшие, и нет нам преград ни в море, ни на суше. Мы пройдем везде и выполним задачу, которую поставил нам Карл Валуа, ибо мы – воистину его последний довод, окончательный довод короля.
Сзади падает чьято тень, и я медленно поворачиваю голову. Рядом со мной стоит Эрг ван Хорстен, капитан «Святого Антония». Это опытный морской волк, на вид ему лет сорок. Черная разбойничья борода, холодные серые глаза и выдубленное ветром жесткое лицо придают ему чрезвычайно мужественный вид. Я ничуть не удивлюсь, если узнаю, что у капитана в каждом порту имеется по зазнобе. Только вот зубы у него плоховаты, потому мой зубной эликсир пришелся ван Хорстену по нраву. Я изготовил для капитана десятилитровую бутыль этого варева, вдобавок оставил рецепт, и теперь мы друзья не разлей вода!
Ван Хорстен даже звал меня столоваться в капитанской каюте. Мой отказ он принял с пониманием, всетаки я путешествую не сам по себе, а в команде. Каждый день мы с Эргом подолгу говорим о всякой всячине, в основном о городах и странах, в которых он успел побывать. В море развлечений мало, а потому хорошая беседа особенно ценится, к тому же, если как следует подумать, с кем еще ему общаться? С собственным помощником или с простыми матросами? Вы еще скажите с коком или с юнгой! Обычно ван Хорстен держится невозмутимо, оживляется он лишь в том случае, когда речь заходит о деньгах. Вот и теперь, внимательно выслушав мои соображения, капитан авторитетно заявляет:
– Тут и думать нечего! Самый влиятельный человек на острове – кардинал Бофорт. Его племянник герцог Глочестер дядиного ногтя не стоит, хоть и считается лордомпротектором. Вот к Бофорту и поступайте на службу!
За оживленной беседой мы незаметно перемещаемся в капитанскую каюту, маленькое помещение размером семь на семь футов. На правах хозяина ван Хорстен плещет в кружки чтото достаточно крепкое. Выпив, я усмехаюсь про себя. По крепости это пойло
