В двадцать первом веке он учился исцелять, а в пятнадцатом ему пришлось убивать. Роберт Смирнов, он же Робер де Могуле, вступив в Третий орден францисканцев, стремился стать лучшим, доказать свою незаменимость. Его наконец оценили, доверили охранять последнюю надежду растерзанной англичанами Франции.
Авторы: Родионов Андрей
И более того, это они субсидируют королей Англии, именно на их деньги вот уже столетие ведется напряженная, изматывающая борьба против Франции.
Некогда при поддержке тамплиеров Франция стала самым сильным государством Европы, очень многие храмовники происходили из французских дворянских родов. По всей Европе тамплиеры творили все, что только хотели, и не было на них ни суда, ни управы. И вдруг их всех вышвыривают из родной страны, лишая титулов, фамильных поместий, денег, кого успели – жизни.
За такое поневоле захочешь отомстить. Ведь во Франции остались их замки и земли, а в самом центре Парижа некогда возвышался гордый замок Тампль, штабквартира ордена тамплиеров.
Выходит, истинная причина Столетней войны заключается в желании храмовников вернуть под свою руку самое сильное и богатое королевство Европы, тот фундамент, без обладания которым рыцарям храма никогда не достичь прежнего положения!
Шагая взадвперед по комнате, я судорожно напрягал память, пытаясь вспомнить все, что читал некогда по истории различных орденов, и связать между собой эти знания.
Итак, в 1307 году, в пятницу, тринадцатого, по всей Европе произошли массовые аресты членов Ордена бедных рыцарей Христа и Соломонова храма. Но за несколько дней до того прискорбного события целая эскадра тяжелогруженых судов отчалила из ЛаРошели и навсегда исчезла в бескрайних просторах океана, только ее и видели. Зато всего через четыре года, в 1311 году, в Англии откуда ни возьмись возник новый орден – Золотых Розенкрейцеров. Его члены както сразу сделались богатыми и влиятельными, им принадлежали замки и обширные земли, они безоговорочно поддерживали английских королей воинами и деньгами…
И откуда же взялось все это добро? Не на те ли деньги оно куплено, под весом которых оседали корабли, ушедшие из ЛаРошели?
Поставим вопрос иначе. Возможно ли, что монархи Британии послушно пляшут под дудочку тех, кто их содержит? А как же! Кто платит, тот и заказывает музыку, девочек и все прочее по списку. Выходит, что английский король Эдуард III, тот самый, что развязал Столетнюю войну, действовал по их указке? Возможно, тут надо использовать более мягкое слово, например «подстрекательство», но теперьто понятно, откуда взялись деньги, на которые британский корольреформатор заново отстроил военный флот, создал первую в истории средневековой Европы наемную армию и отлил пушки.
А ято еще удивлялся, дурак, что в культурной и просвещенной Европе возможно делать исторические рывки, не разоряя народ, как это было у нас при Петре Великом и Сталине. Увы, чудес в жизни не бывает, и нечего завидовать англичанам. Да, сейчас Англия является сильнейшей страной Европы, не спорю, но по сути британцы – всего лишь наемники, воюющие за чужие интересы, пусть сами островитяне этого и не понимают.
Что ж, теперь я знал, откуда золотые розенкрейцеры берут деньги на войну! У них остались древние карты и старые связи среди туземных вождей Америки, и тамплиеры так и будут бросать на чашу весов корабли, битком набитые золотом и серебром, пока наконец не сломят Францию. Что бы мы ни делали, какие бы победы ни одерживали, нам не выстоять против бесконечного потока денег! В шестнадцатом столетии Испания так раздулась от богатств, поступающих из Америки, что в мире не было страны сильнее, а теперь, когда золото и серебро текут в Англию, сможет ли выстоять против нее Франция?
Давно наступил рассвет, а я все сидел и ломал голову, пытаясь придумать, как быть дальше. Кому я мог открыться? По всему выходило, что никому. Вопервых, расскажи я о неведомых землях, лежащих за океаном, меня сразу же спросят, а ято откуда о них знаю. А вовторых, надо еще доказать, что Орден Золотых Розенкрейцеров связан с тамплиерами, боюсь, на слово мне никто не поверит. Вдобавок известно, что среди руководства Третьего ордена францисканцев есть предатель, и, быть может, не один.
Невольно я поежился. Одно дело – действовать, зная, что у тебя надежный тыл, и совсем иное – работать, если не знаешь, кому можешь безоговорочно доверять.
«Хорошо, что у меня есть наставник!» – подумал я, а внутренний голос ехидно возразил:
«А как же падре Антуан, которому отец Бартимеус безоговорочно доверяет? Кто поручится за прочих, начиная от мэтра Реклю, секретаря господина де Ортона, и заканчивая аббатским финансистом, отцом Абеляром? А ведь все они так или иначе в курсе планов Третьего ордена францисканцев! – и напоследок мой «альтер эго» добавил, нанося удар ниже пояса: – Не забывай, дружище Штирлиц, именно наставник отправил тебя на задание, с которого ты не должен был вернуться живым. Такието пироги с котятами, братишка!»
«Все помню, – ответил я тихо. – Да, я всего лишь расходная пешка,
