В двадцать первом веке он учился исцелять, а в пятнадцатом ему пришлось убивать. Роберт Смирнов, он же Робер де Могуле, вступив в Третий орден францисканцев, стремился стать лучшим, доказать свою незаменимость. Его наконец оценили, доверили охранять последнюю надежду растерзанной англичанами Франции.
Авторы: Родионов Андрей
Изабелла Баварская, верный союзник англичан и бургундцев, вчера вечером была схвачена во дворце Епископов города Реймс по личному приказу регента Франции герцога Бедфорда, родного дяди нынешнего английского короля.
В городе со вчерашнего дня идут массовые аресты, во дворце и на прилегающих улицах – засады. Королевамать готовила восстание против незваных гостей, но внедренный англичанами провокатор выдал заговорщиков. Ночью Изабеллу Баварскую под усиленной охраной увезли в Суассон. Вряд ли королеве грозят пытки и казнь, как прочим заговорщикам, но мало ли существует способов безо всяких следов избавиться от человека?
Я задумчиво покачал головой, морщась, отхлебнул дрянного вина из поданного трактирным слугой оловянного кубка. Выбранное де Шантре место доказывало, что он, невзирая на старость, человек ловкий и опытный. Кто будет искать заговорщиков в такой дыре, как этот трактир? Место явно предназначено для обитателей самого «дна» большого города, местных маргиналов самого низкого пошиба. Я с отвращением оглядел сто лет как немытые полы, грязные засаленные столы, что выглядели ничуть не чище, черные закопченные стены в непонятных пятнах и свисающие с низкого потолка пыльные полотнища паутины. Вместо стульев и лавок присутствовали еле обструганные деревянные чурбаки.
– Есть ли у нас верные люди?
– Боюсь, нет. Остались такие же старики, как я.
– Хорошо. – Я коечто прикинул, спросил: – А как у нас с деньгами?
Под столом секретарь бережно, чтобы не брякнул, передал мне тяжелый кошель. Судя по тем типам, какие мрачно гуляют за соседними столами, – вовсе не лишняя предосторожность. Только массового смертоубийства нам здесь недоставало!
– Тут триста пистолей. Вот еще, – одними губами шепнул ветеран.
В руку мягко легла тяжелая цепь.
– Чистое золото, украшена изумрудами, потянет еще на двести пистолей.
– Триста да двести – уже пятьсот. Хорошо.
Я решительно поднялся, отодвинув недопитый кубок.
– Куда же вы?
– Куда? – удивился я. – Конечно же, в Суассон. Никогда там не был, пора познакомиться с этим замечательным городом.
Суассон – весьма известное место во Франции. Не кривя душой можно заявить, что именно отсюда и пошла земля французская. Тысячу лет назад юный вождь франков Хлодвиг разбил здесь войско римского наместника Галлии, в одночасье превратившись в полновластного господина богатейших земель. Немедленно назначил каждого дружинника графом или бароном, выделил кучу земель. Так, по имени малочисленных, но проворных франков бывшая Галлия стала называться Францией, а многочисленные галлы вмиг обернулись французами.
Ничего не напоминает? Правильно, подобным же образом славяне стали русскими, призвав на княжение Рюрика с русами. Чуть оглядевшись, Хлодвиг тут же крестился вместе с дружиной. В общем, смышленый и удачливый воин, что заслуженно стал королем. В его честь то и дело называют очередного наследника престола, а вы думали, что имя Людовик с неба упало?
Каждый католический город в первую очередь замечателен соборами и монастырями, Суассон не исключение. Ежедневно десятки паломников прибывают в аббатство Мармутье, которое привольно раскинулось в полутора лье от городских ворот. Небесная покровительница аббатства святая Агнесса широко известна как утешительница всех женских хворей и недугов.
Мой интерес к церкви аббатства вызван исключительно тем, что именно в ней каждое воскресенье королевамать слушает мессу и исповедуется у аббатисы. Сопровождает Изабеллу всего дюжина бургундских солдат во главе с капитаном Трекуром, по совместительству ее главным тюремщиком.
Даже странно, сколь многое можно узнать за очень небольшие деньги! Еще удивительнее то, сколько храбрых мужчин можно найти, если вовремя позвенеть чистым золотом. Сам я не большой любитель войн и сражений, мне претит смертоубийство. К сожалению, предложи я страже убраться подобрупоздорову, оставив Изабеллу на мое попечение, меня примут за сумасшедшего. А потому я благочестиво крещусь, лишь только над аббатством проплывает торжественный звон колокола, возвещая полдень.
Перед церковью Святой Агнессы прямо на траве с удобствами расселась дюжина стражников, заботливо подстелив плащи с вышитыми черными бургундскими крестами. По сторонам никто не смотрит, взгляды прикованы к пузатой фляге с вином, которая ходит по кругу. До блеска начищенные шлемы и кирасы празднично горят на солнце, наконечники копий и лезвия мечей щедро рассыпают вокруг себя яркие искры. Ноги в тяжелых кожаных сапогах горевоины вытянули во всю длину, трое сняли тяжелые шлемы, подставив загорелые лица весеннему солнцу.
Теплый ветер
