Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
Ко мне прислушались — к счастью, у меня находилась одна молодежь, а среди нее мой голос был достаточно авторитетен, вне зависимости, вызывал я симпатию или нет. Логичные доводы на толпу не действуют, поэтому пришлось работать на эмоции, тыкая пальцем в трупы на полу и раны бастарда, и брать глоткой. Ушастого удалось отстоять. Озвучивать свои мысли я не стал — боюсь, беднягу сразу же бы проткнули.
Бардак прекратили двое стариков, с ходу начавших раздавать команды. Что интересно, излишней кровожадностью они не страдали, отправив королевских сыновей переодеваться в вакантные доспехи, даже достаточно спокойно поздоровались с эльфом.
Меня, между прочим, обрадовали, что у нас уже сейчас потери больше трети членов посольства, в том числе как бы не половина слуг. Орков и верных королю людей, оказывается, режут по всему острову — под крики, что орки убили его величество вместе с наследником. Гвардия, видимо, частично выжидает, частично пытается прекратить беспорядки, частично режет орков и всех, кто не понравился, частично пытается бороться с мятежниками. Во всяком случае, Ульрик А’Блайн видел схватку мятежников и гвардейцев и, когда пробирался к нам — вырезанные посты.
Мысли забегали, как длинноногие негры на Олимпиаде. Пришел к выводу, что, как только гвардии покажут тело короля, нам хана. Пока следует ждать нападения либо подчиненных участвующих в мятеже дворян, либо эльфов, либо тех и других сразу, люди — в роли пушечного мяса. Как только штаб мятежа узнает, что наследник жив, на нас навалятся все свободные силы мятежников.
Очень захотелось оказаться в центре «свиной головы» и быстрым шагом рвануть к воротам. Старики, видимо, тоже испытывали такое искушение. Во всяком случае, из их приказаний вырисовывалась готовность к прорыву. Что не удивительно: воины они опытные, понимают, что пытаться отсидеться равно готовности подороже продать свои жизни. Да и то не удастся: при помощи магов нас выкурят без особых проблем. Крыло здания дворцового комплекса — это не замок. Да и замок, если вовремя не вырезать ворвавшихся, не удержать. Тут же огромное количество окон, коридоров и переходов между зданиями. Держать надо все выходы, но их слишком много — сильный отряд прорвется где угодно. Если запираться, то только на втором этаже. Продержимся дольше. Возможно, на час.
И что нам делать? Ломиться к воротам? С риском помочь определиться охране, которая, возможно, выжидает? Да плевать! А вот столкнуться на мосту с эльфийскими рыцарями мне бы совершенно не хотелось. Мало информации. У кого она есть? Попросил старого Эрика А’Блайна погодить и побежал искать принца, он вместе с братом и эльфом ушел надевать на того доспехи покойного Рангвальда за стену. Один комплект не подошел по размерам.
Как я и подозревал, ворот на острове было двое. Но это нам не помогло, поскольку «черные» ворота охранялись не хуже «белых», хотя вели на пристань, разве что были меньше размерами. От бессилия подумалось попытать его о тайных ходах, но от идеи отказался из‑за идиотизма. Ходы явно есть, только куда меньше, чем хочется, в них если и спрячешься, то только в небольшом количестве, а главное — если зададутся целью, то их найдут. Да и жрать там что‑то надо, не говоря о питье.
Итог размышлений: надо что‑то делать. Сидеть на месте смерти подобно, спасемся, только если король или кто из его авторитетных сподвижников живы. Надежды на это мало. Мы на острове, двое ворот, одни — на каменный мост, вторые — на пристань. Те и другие охраняются гвардией. Не охраняются только в том случае, если данное подразделение или полк участвует в мятеже. Хочу остаться жить. Чтобы выжить, надо унести ноги — с острова, по крайней мере. Что тут придумать… Надо штурмовать воротные башни и открывать ворота, потом строить «кабанью голову» и ломить вперед, до ближайшего леса. Если нам позволят. На пристани корабля может и не оказаться, тогда нас тупо перестреляют со стен. И что делать? Отсиживаться или ломиться к выходу?
Появились грустно усмехающиеся старики, так и не дождавшиеся меня:
— Ну что, придумал? Пришло что‑то в голову?
Эта безысходность и натолкнула меня на идею. В любой линии прогнозирования событий я видел удар в спину нашему отряду — первое желание мятежников не дать никому вырваться с острова. А смогут ли они это сделать, если вырезать штаб мятежа или хотя бы лишить его возможности управления? Тогда нас будут атаковать только те, кто видит, да и то далеко не все: половина простолюдинов, включая изменивших гвардейцев, просто забьют болт, занявшись грабежом под шумок. А кто у нас рулит событиями? Разумеется, Серебряные Драконы, уж эти‑то слова безухого я расслышал, да и без них все было ясно.
Откуда они рулят? Явно не из тронного зала.
