Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
«сэр» вообще‑то означал социальный статус, не завязанный напрямую на качество боевой подготовки, оружия и доспехов, полководцы, оперирующие приземленными критериями, вполне резонно делили подчиненных на группы по возможностям на поле боя. В конце концов младший сын богатого купца в отличном «коат оф плейте», в достаточной мере обученный владеть оружием, с несколькими наемниками в свите, представлял заметно большую ценность сравнительно с неким молодым сквайром в кольчуге, помнящей его прадеда, без его желания посвященного в рыцари вместе с компанией таких же лоботрясов. Лоботрясов, забритых призывной комиссией исполнять свой долг перед королем сразу же после шлепка мечом по плечу, только потому, что налоговые органы предоставили «министерству обороны» справочку об их годовом доходе, подпадающем под соответствующий королевский указ. В данном случае до такой мобилизации дело не дошло, но суть воинов противника от этого не изменилась. Равенство условий дает равенство путей их решения, а поле боя вынуждает делать их оптимальными. Ну и, разумеется, за доспешниками прятались лучники. Что тоже не вызвало никакого удивления.
К чести наших подчиненных, стрелами их не удалось не только остановить, но и даже замедлить. Чего, собственно, можно было ждать от опытных дружинников, но не от слуг, которых в строю было достаточно много!.. Народ, оставив два или три тела и не обращая внимания на раненых, закрылся щитами, сбил строй плотнее и даванул вверх по лестнице. Высокородные, включая меня, вместе с частью дружинников поддержали атаку подчиненных стрелами, дабы лучники не стали безнаказанно расстреливать скученный строй на лестнице.
Мне было легче. Высунуться из укрытия, пустить болт — и спрятаться для перезарядки: с арбалетом было куда безопаснее, чем с луком. Поскольку вражеские стрелки и сами не жаждали жертвовать собой ради интересов дела, стрелки обоих сторон начали активно перестреливаться, не обращая особого внимания на резню на лестнице. Что интересно, с нашей стороны очень неплохо проявил себя Эргтал, который взял у кого‑то композит и с превосходной скорострельностью садил по своим вчерашним родичам. Парень определился с выбором стороны. Однозначно. Собственно, сие неудивительно: на дворе прогрессивный феодализм, сегодня жрешь из одной чашки — завтра режешь во славу сюзерена. Разве что на близких родственников не всякий оружие подымет — надеюсь, Эргтал из таких и близкой родни среди обороняющихся у него нет.
Пускать в ход перчатку я не торопился, опасаясь магов противника: дело не в страхе, а в тактической целесообразности. Выбив магов и лучников, простых воинов можно выбивать безнаказанно. Выжидание оправдалось. Враг не выдержал первым, причем нанесли удар они не по лучникам внизу, а по воинам на лестнице. Сомнительное решение, хотя, возможно, и оправданное, не могу оценить за недостатком информации, поскольку щелчок стрелы о край прорези для глаз перед этим начисто отбил у меня охоту отвлекаться.
Как и следовало ожидать, проявивших себя магов буквально засыпали стрелами. Наш единственный полноценный их коллега стрелков даже опередил. Я успел засечь упавшего от его удара, прежде чем на остальных посыпались стрелы.
На лестнице же было худо: магический удар свалил как бы не треть наших воинов. Правда, как я потом заметил, практически одних только слуг из‑за их скверных или отсутствующих амулетов. Это был самый ожидаемый и самый сомнительный момент в наших замыслах. К моему некоторому потрясению, остальных жертвы нисколько не смутили — видимо, народ оказался достаточно замотивирован, а удар магов — ожидаем. Некоторое замешательство, разумеется, проявилось и неожиданно сыграло с эльфами дурную шутку. Видимо, обороняющиеся были достаточно натренированы работать в контакте с магами, в частности взламывая строй противника, и то ли по команде, то ли автоматом попытались нажать на смешавшегося врага. Только противник, вместо того чтобы броситься бежать, просто начал пятиться назад, уплотнив строй. Все вернулось на круги своя, обороняющиеся даже изрядно потеряли в преимуществах. Хотя не факт, что контратака эльфов не увенчалась бы успехом, если бы не некий орк, который, выпустив очередной болт в настырного лучника, не засек самую замечательную цель из всех, которые до этого видел, — плотный строй врагов в ограниченном пространстве. И который недолго думая шлепнул туда все, что мог выдавить из артефакта на своей руке.
Не помешало даже то, что удар пришлось нанести по задним рядам, дабы не задеть своих. Строй противника сломали даже не столько обгоревшие трупы — их было не так много, — сколько выжившие обожженные.
Ф‑ф‑ф‑у‑х! А‑а‑а‑а‑а‑а!!! Фигуры крутящиеся,
