Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
либо верные королю силы победят, либо настанет полный бардак, с уже безудержным грабежом предателями как королевского дворца, так и имущества погибших за короля людей. Даже если эльфы наведут какой‑то порядок, удержать достаточно большое количество гвардейцев от грабежа и празднования воцарения нового короля черта с два удастся. В перевороты не идут под лозунгом дисциплины и порядка. Коли так, нам бы только за стены выбраться. В темноте можно попытаться проскочить. Собственно, только это нам и остается. Если не удастся — то нам хана. Завтра бардак если и будет, то только в гвардейских казармах.
В ходе расспросов выяснилось, что государственная тайна — тайные переходы внутри дворца хотя и достаточно обширны, но не пронизывают его насквозь по причине дороговизны и секретности. Не каждый маг подпишется на такую работу, за которую практически неизбежно отблагодарят ножом под ребра. К счастью, наследник этой тайной владел.
Кстати о наследниках, расспросы натолкнули Келвина на мысль перебраться ближе к королевским покоям, дабы попробовать установить судьбу отца. После уточнения о шумоизоляции ходов, к его просьбе решили прислушаться.
Судьбу отца он установил.
Тело государя лежало в тронном зале, у подножия трона, вместе с телами оставшихся верными придворных и охраны. Их даже выложили в полном порядке. Король лежал на спине, на его груди покоились руки, сжимавшие меч. Вокруг него так же выложили терпимо выглядевших придворных, непрезентабельно выглядевшие тела, судя по потекам крови на полу, утащили с глаз долой. Кстати, потеки уже отмывали привлеченные эльфами слуги, одного из которых Приносящий Смерть заколол кинжалом, поскольку, по его мнению, работал не по‑стахановски. Остальные забегали как ошпаренные.
Я был даже несколько шокирован таким зрелищем — уж чего‑чего, а этого я не ожидал. Келвин, когда маленько отошел от шока, пояснил, что сие эльфийская фишка — типа как уважение к павшему высокородному и сохранившим ему верность. В таких случаях ушастые с большой помпой проводили похороны, ставили потрясающие дорогие памятники, в общем, все, чтобы почтить память врага, который уже не укусит. Вдобавок в цинизме своем думаю, это зрелище приведет в правильное русло колеблющихся солдат, если уже не привело. Да и согнанных в этот зал придворных, можно сказать, кровью пачкает — присягать в нем. Последнее я озвучил.
— Кстати, кому? — поинтересовался Хадд, видимо, одолеваемый теми же мыслями.
Келвин, видимо, давно уже догадался, но по каким‑то причинам промолчал. Делать было особо нечего, возникло настроение потрепаться, в результате чего ответил я:
— Как кого, тут, знаешь, выбора особого и нет. Похоже, ждут нашего загородного друга, когда посмотреть на труп отца появится. На залитый кровью трон сядет, окровавленный отец у ног, придворные присягают. Кто не присягнет — под нож и к мертвому государю. В свиту. Поверь мне, заговоры появятся не скоро. Хотя по стране повоевать придется, но тоже недолго: при помощи эльфов замки возьмут достаточно быстро, неприсягнувшую знать вырежут. Предатели увеличат владения. Все просто. Только в одном у них неувязка: наследник жив. Братик будет сильно опечален — уже, поди, переживает.
— Замолчи! — неожиданно рыкнул принц.
О‑па! Его что, так опечалило предательство брата? Быть того не может!
Как оказалось, могло. Когда в зале появился пока еще принц Кэйси, он буквально сел с мертвым видом, чуть было не застонав. Не ожидал? Странно, неужто в королевской семье все было так хорошо в отношениях между братьями?
То, что мы еще не мертвы, было отрадно. Еще более радовало то, что мы не выпучив глаза метались по дворцу, а нашли место, где отсидеться и перевязать раны, а главное — продумать план дальнейших действий. Подыхать не хотелось никому. Кроме наследника, возможно.
Бедолага буквально остервенел, ладно хоть пену изо рта пускать не стал, — так ему захотелось пришить родного брата. Вот только откуда у него появилась уверенность, что орки ему в этом помогут? Поданными его мы не являлись, и ломиться в самоубийственную атаку никто желанием не пылал. Даже эльф принял идею своего нового сюзерена с явным скептицизмом.
Успокоил Келвина Торвальд, стукнувший его кулаком в лоб, когда принц схватился за оружие. Меч отобрали. Эльф предпочел не вмешиваться, даже не пошевелился, поэтому остался вооруженным и даже не зарезанным.
Через некоторое время парень стал доступен для апелляций к разуму. Апеллировал я — как‑то незаметно приятели свалили на меня такого рода вещи:
— Успокоился?
