Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
заодно оставив без ног рослого арбалетчика, стоявшего поблизости. Наследие прошлого тела оказалось кстати — вниз нырнул вовремя: над головой свистнуло несколько стрел.
Внизу страшно орали. Парни рубили веревки «кошек» и пытающихся взобраться на борт отморозков. Впрочем, последних оказалось всего трое — их с ходу уделали Бруни с эльфом, шнекку полностью к борту притянуть не успели, соответственно возможность взобраться на борт была ограничена. О желании лезть на борт не говорю — эти придурки явно чего‑то обожрались: ясно же, что на борту маг. Цепных «кошек» оказалось две, цепь одной перерубили топором, вторая лопнула по надрубленному кольцу, когда шнекка пошла на дно, перед этим ощутимо накренив судно и заставив опасаться за мачту. Хитрована, цеплявшегося за руль, застрелить не удалось — он отцепился и нырнул, как только услышал про лук. Мы были достаточно опытны, чтобы подстраховаться.
Все прошло как нельзя лучше. До берега километров тридцать, да и там Мертвые земли. Так что о крысах можно забыть. Ну, вероятно, отдельных везунчиков может подобрать встреченный корабль. А мы прибарахлились трофеями с оставшихся на борту трупов.
Естественную идею отбить атаку перчаткой издали я не принял — качало с достаточной амплитудой, чтобы сбивать концентрацию и давать достаточную вероятность промаха. А после первого же промаха пришлось бы иметь дело с теми же лучниками, тупо засыпающими нас стрелами. Крутизна траектории стрелы на ста пятидесяти метрах такова, что за фальшбортом от нее спрячешься не всегда. Собственно, лучники не могли не фиксировать цель и появление фигуры в доспехе, или даже головы в шлеме — достаточный повод, чтобы перейти от тихого варианта нападения к громкому. Естественная предосторожность на случай нахождения на борту мага. А подстрели меня — за жизни парней и ломаного медяка не дать. Засада и удар по кораблю в упор были куда более перспективными, причем риск, если принять в расчет все обстоятельства, был минимален. Даже если кораблей у противника было бы два. К счастью, попались какие‑то нищеброды — похоже, группа изгнанников и беглецов вышла на большую морскую дорогу. Среди убитых только двое были в кольчугах и один в ламелляре, остальные — в коже, да и оружие плоховато. И это штурмовая группа, первой идущая на борт, в которой всегда шли лучшие, в первую очередь по вооружению. Кстати, большинство из них было только ранено и выведено из строя, пока не добили, даже не став допрашивать, по ненужности. Единственная наша ошибка — что замешкались и позволили взойти на борт аж пятерым пиратам. Еще чуть‑чуть — и нас могли не подпустить к борту.
Дополнительным бонусом, как мне показалось, стало укрепление репутации сильного тактика в глазах приятелей. А это капитал, ценность которого трудно переоценить, за который многие ничего не пожалеют. По положению мы практически равны, тактический талант в среде профессиональных воинов крайне ценен и прекрасно отделяется от индивидуального мастерства во владении оружием, так что добровольное подчинение друзей мне в общем походе не выглядит ничем невероятным. Прежде всего, потому что полководцы‑«мясники» тут не в цене, а подготовленный воин — большая ценность, ибо заменить трудно. А общие походы будут: от большой войны нам никак не отвертеться. Поэтому стоит пытаться брать ситуацию в свои руки. Желательно самостоятельные задания, где‑нибудь отдельно от основного войска. Большое войско — большие сражения. Большие сражения — большие потери. Одной из этих потерь могу быть и я, поскольку от меня там слишком многое не зависит. Конечно, сомнительная логика, но мне нравится. Некоторых судьба ведет, остальных — тащит. Надо только закрепить походом нескольких кораблей под моим началом. Тогда миссии вроде прошедшей буду посылать лесом и с большими на то основаниями. В гробу я видел такие посольства, так дедушке и скажу. Причем сразу же, как вернусь.
Сказал. Сразу же, как увидел. Увидеть оказалось несложно: все ярлы находились в Брандборге, решая вопросы большой политики. Парни, видимо, поступили аналогично.
Дед спокойно выслушал, так же спокойно подошел и не менее спокойно крепко обнял внучка, второй рукой потрепав по голове. Потом мы сели за стол и поговорили. Обо всем, что произошло. В своих действиях он явно не раскаивался, да я и не ожидал этого, поэтому истерик не устраивал, а выложил всю добытую информацию вкупе с некоторыми выводами. Потом он расспросил меня о моих планах. Я ответил.
На нас действительно надвигалась большая война. Даже неправильно. Война уже началась. И имела все шансы стать второй мировой. По счету этого мира.
Эльф перед прибытием
