Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
ценности и вы нас отпускаете, на кораблях что стоят в порту. С оружием.
‑ Предложение отклонено. Оружие тоже денег стоит. Не вижу причин, чтобы мы их лишались.
‑Перед отплытием оружие сдадим, ‑ после раздумий, мэр, следя за моей реакцией, хотя непонятно что он хотел заметить в лице закрытом стальной пластиной.
‑ Вы не поняли, уважаемые? Я сюда не торговаться пришел. Мне лишняя кровь не нужна. Ни своя, ни ваша. Серьезного сопротивления вы нам оказать не сможете в любом случае, но кое‑кого из моих воинов вероятно все‑таки убьете. То, что вас всех вырежут, их не воскресит. Поэтому либо вы сдадитесь ‑ либо готовьтесь к смерти. Выпускать из города мы никого не собираемся.
‑ Это ты так думаешь, орк, что нас легко возьмешь!‑ Рыкнул командир городской стражи. Обиделся, что его уцелевших воинов и ополченцев так низко оценили. Или надеется на продолжение торга.
‑ Я ничего не думаю. Я высказал, вам мое предложение. В чистом виде продиктованное моей доброй волей и милосердием, ‑ мэр чуть не подавился,‑ это вы должны думать. Принимать его или нет. Времени на это я вам даю час. Как раз в храм успею сходить с тем же предложением. За это время, я ожидаю, что вы примете решение. Не захотите? Ваш выбор. Время пошло.
Я повернулся и направился к назад, не обращая внимания на людей. Хотя между лопаток буквально свербело, столько в спину было направлено стрел.
Выстрелили мне в лицо. Болт попал в лоб, дернув голову назад, и ушел на рикошет. Одна стрела отрикошетила от наголенника, две попали в грудь. Я метнулся в сторону и зигзагами поскакал в укрытие. Одна из стрел пробила пластину и поддоспешник, углубившись на пару сантиметров. Мысли о том, что там был за лук и что за Геракл из него кидает стрелы пришли потом, когда ломанувшиеся в атаку орки закрыли меня своими широкими шлемами, грудями и щитами.
Впрочем, выдернув стрелы, мстить за попытку убийства я не поспешил. И без меня много мстителей там собралось, надо было встать в очередь. Да и со стороны ратуши угроза присутствовала. Предложение идти на штурм я проигнорировал, отметив, что лучники из окон ратуши не стреляют. Через полчаса в храме все было кончено. Впрочем, горожане, засевшие в ратуше, сдались только тогда, когда увидели, что из него выгоняют выживших детей и женщин. Я специально отправил вестовых с приказом руководившим штурмом хевдингам рубить только оказывающих сопротивление. Части спасающихся в храме Лоис Морской нонкомбатантов этот приказ спас жизнь.
Ошибку я сделал только одну. Пошел парламентером к храму до того как ратуша сдалась. Как оказалось большинство выживших городских стражников спасалось в ней, начальник городской стражи Людвиг Борн был довольно опытным воякой и мог оценить серьезность угроз и вероятности выживания в случае невыполнения моих требований. К сожалению, настоятель храма отец Брайн не был достаточно адекватным человеком, и решил, что договариваться с отродьями демонов не о чем. В результате меня чуть не застрелили. Старичок в молодости походил на боевых кораблях и умел стрелять из арбалета. Возможно выпущенный им болт от моего лба и отрикошетил, трясущаяся от страха грудастая блондинка, прижимающая двоих перепуганных детей сказала, что это он выстрелил первым, толкнув речь счастливом посмертии и возможности погубить душу идя на сделку с отродьями демонов ‑ орками.
Хотя, что не случается, то к лучшему. Штурм ратуши рисковал нам стоить куда большей крови. И воинов побольше собралось и сами они там были качественнее и само здание было более проблемно касательно штурма.
Самое же главное, с бескровной сдачей ратуши город пал. Нам осталось разобраться с замком. И между делом ‑ с Бьярни.
Бьярни мы разыграли как по нотам. То, что предводители набега организуют суд над ним он ожидал и приготовился к нему, да только не учел, что он не самый хитрый в этом мире и на всякую хитрую задницу найдется болт с кривой резьбой.
Суд мы организовали правильно. Не стали собирать толпу, а вызвали строптивого хевдинга на закрытые слушанья в корабельный лагерь, в присутствии всех предводителей и пары представителей от команд каждого корабля. Причем все депутаты и судьи собрались без доспехов. То, что вокруг стояла охрана из состава наших личных херадов вроде бы было не в счет, так что явление Бьярни с толпой сочувствующих в полном вооружении, не встретило понимания.
‑ Ты никак с кем‑то воевать собрался? ‑ с издевкой хмыкнул Бруни, сидевший на трофейном кресле в центре. Оставшаяся наша троица примостилась по бокам от него, хевдинги за нами, депутаты ‑ как придется.
‑ В замке хозяин острова сидит и в любой
