Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
Мне, как непосредственному участнику событий, как ни странно было почти наплевать на судьбу подсудимых. Я убил всех непосредственных участников покушения и большинство из их группы обеспечения, не повезло и парочке молодых, раненых внизу и успевших какого‑то черта подняться наверх. Их мы с Торвальдом добили по запарке, помню, один что‑то пытался сказать, но не успел. Но наплевать или не наплевать, однако правосудие требовало жертв. Такие случаи предательства не должны были ни в коем случае остаться безнаказанными, с другой стороны избыточная жестокость наказания тоже сулила проблемы в дальнейшем. За данным херадом стоял род, выжили из херада уже сейчас немногие.
В результате перед судом мы пришли к выводу, что непосредственно виновных в участии в мятеже, то есть выживших бегунов отправим в расход, с остальными, виновными в недонесении можно и поиграть в милосердие. В данном ключе назначенных «кивал» и проинструктировали. Кстати, как ни удивительно, теоретически нейтрально настроенные присяжные из хольдов Бруни были резко против, пылая жаждой отправить на кол всех подряд, разве что кроме части молодняка дравшегося внизу, да и то от очень хорошего настроения. Данные настроения требовалось холить и лелеять, но пришлось настоять на нашем решении.
Так все и прошло. Всех противников нашего убийства и якобы не поставленный в курс молодняк попугали и в наказание уменьшили долю в добыче до половинной. Всех остальных, имевших несчастие находиться наверху и бежавших оттуда, отправили на кол.
Конец заседания ознаменовался тем, что я с наглой рожей начал якобы отстаивать интересы остатков подсудимых, уповая в основном на их молодость и глупость, предложив отправить оставленных в живых «к людям» в уже начавший формирование вспомогательный отряд, правда на должности рядовых. Причем, не ограничивая долю в добыче. Разумеется, совершенно добровольно. Коли не пожелают, ‑ пусть довольствуются половинной в отрядах, что пожелают бывших мятежников принять.
Нежелающих не нашлось. Кто бы сомневался, что их не найдется. Хватит пускать дела на самотек. Пора быть политиком.
Данным ходом, во‑первых,‑ я взял под присмотр своих кровников, мужики в возрасте глупостей делать может и не будут, а вот от тупорылой безбашенной молодежи всего можно ожидать, во‑вторых ‑ усилил орочье наполнение «людского» отряда и, в‑третьих ‑ использовал для этого наполнения личности, которые потерять не жалко. Опасная это работа, воевать даже в постоянном составе штрафной роты. И наконец, в‑четвертых, очень удобно начать приучать наших орков подчиняться комсоставу с недостаточно зелеными мордами, данные косячники будут последними кто поднимет хай, получив прямой приказ. Самые большие ошибки природы из данного коллектива кони уже двинули.
Появление безусловно верных нам (в частности мне) людей, преданных в буквальном смысле слова ‑ до смерти, несомненно не заставит себя ждать. Выбора у них не останется. А коли выбора не останется, людям уже сейчас нужно показывать положительные перспективы сотрудничества и их прав под орочьим владычеством. А что покажет нагляднее нежели десятник человек, помыкающий орком. Или заместитель командира отряда ‑ человек, гоняющий орков десятников. Последним разумеется стал Фредерик. Командиром «людского» отряда я с Хаддом с некоторым трудом уговорили стать старого Бьерна Волчью Шкуру, команды двух кораблей которого по понятным причинам тоже последовали за командиром. Эта прожженная Шкура долго не хотела вешать на себя проблемы с людьми, согласившись только после того как ему была обещана равная с нами четверыми доля в добыче и фактически пятое место среди руководителей похода, правда с правом только совещательного голоса. Его присяга Хадду никуда не делась. Это было справедливо, учитывая планируемое разрастание «людской компоненты» в войске.
Пока организация вспомогательного отряда выглядела следующим образом:
‑Штаб и управление, представленные в основном орками Бьерна. Они же исполняли роль комендачей, заградотряда и резерва. Фредерик оброс свитой из десятка людей, в большинстве из выживших защитников замка и городской стражи. Особых проблем с набором у него не было, служилое сословие острова потеряло человека, которому присягнуло, так что останавливал людей только цвет шкуры новых владык.
‑ Три линейные сотни, каждая примерно в сто‑сто десять человек плюс пара десятков орков. Все сотники ‑ орки, большинство десятников тоже. Несколько человек отличившихся при штурме и осаде замка и назначенные десятниками погоды не делали, тем более что именно в их десятки распихали молодежь из расформированного херада покойного Ульфа. Доверяй, но про петлю
