Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
но родственников, даже, несмотря на то, что они сами на нас напали.
Когда противник привык к группам по два‑три корабля, вполне резонным ходом с нашей стороны стал запуск сразу десятка, которые в результате забили пять кораблей противника разом, из которых четыре были захвачены и один потоплен, еще одному удалось уйти. Отличный результат, я даже посмел надеяться, что другу этого хватит, чтобы успокоится.
Далее, пока враг думал, что нам противопоставить, мы просто бросили Мор, чтобы высадится на Гатланде, оставив четыре десятка орков из выздоравливающих раненых в наскоро отремонтированном замке. Предложение смешивать команды было мое, ход конем для превращения наших ополченцев в подобие регулярного войска. Старшим на острове остался Мика.
На берег Гатланда первым ступил я. Ряд драккаров выбросившихся на отмель и извергавшие в воду потоки воинов в полном вооружении на фоне встающего из воды солнца представлял собой потрясающее зрелище, на этот раз я пожалел, что фотоаппараты остались в прошлом. Подумалось, что с поиском лазейки на Землю тянуть не стоит, я уже достаточно поднялся. Как бы то ни было о честной войне орков против всего мира и речи быть не может, надо бы попытаться уравнять шансы. Ну и попутно обзавестись всякими милыми сердцу вещами типа цифровой мыльницы и блестящего фаянсом ватерклозета. Что поделать, до сих пор не могу отвыкнуть от цивилизации.
Располагавшаяся рядом бухточка была населена, впрочем, судя по фигуркам людей, с весьма приличной скоростью, бегущим вверх по склону, пленных нам опять не достанется. Разве что из пытающихся угнать скотину кого поймают, туда ушел один драккар.
Как я прикинул, к сожалению, наши планы не выдержали контакта с реальностью, высадка планировалась на ночь, так что теперь взять соседний замок «изгоном» вряд ли удастся. Бежавшие аборигены в любом случае тамошний гарнизон предупредить успеют, он хоть и находится на противоположном берегу, но берег тот ‑ в трех километрах, если быть точнее, то в двух имперских милях. Я в свое время обалдел, когда узнал, что имперская миля и тут исчислялась в тысячу пар шагов.
Но унывать не следовало, по добытой мной самим информации замок тут ‑ одно название. Старый каменный донжон и стена в полтора человеческих роста на валу, замыкающая замковые постройки. Вокруг стены ‑ городок в несколько десятков домов. Между прочим, меня позабавила новость, что замок Эйберн родовой для захваченного не так давно нашей четверкой в плен сэра Така.
Как ни удивительно, но я ошибся. Предупредить гарнизон о высадке орков бежавшие аборигены действительно успели, но, увы, то замок и погубило. Сотня орков даже строем может бегать очень быстро, в результате мы ворвались на улицы призамкового городка в самый разгар эвакуации горожан за стены замка сюзерена. То, что защитники успели захлопнуть ворота, разве что оттянуло развязку. Четыре десятка лучников не жалея стрел начали садить в любого показывающегося на стене, пока я жег ворота, старясь нащупать запорный брус. Когда нащупал ‑ судьба крепости была решена. Если конечно не брать в расчет донжона, в котором, пыталась укрыться толпа горожан, в основном из женщин с детьми.
Вход в башню был устроен весьма интересно, явно именно против магов: узкий коридор‑потерна шириной в метр и длиной метров в пять с обшитой металлом дверью в стене в конце. В стенах и потолке ‑ бойницы, позволяющие не только стрелять, но и тыкать копьями. Впрочем, все это я узнал позднее, когда башня была взята. Толпой ломившиеся внутрь мирные не дали защитникам вовремя захлопнуть двери, обе, как внешнюю, так и внутреннюю.
Так как копейщики и лучники с потолка успели убить в коридоре троих орков и ранить еще четверых, обозлив оставшихся, мужчин внутри в плен не брали. Возможно, посекли бы и всех женщин с детьми, но я пресек резню, как только появился в башне. Может быть, это и выглядело некрасиво, но бездумно лезть в узкую щель входа первым, ни колдуну, ни командиру, ни тем более лицу, совмещающему обе эти функции, не стоило. Впрочем, я бы и рядовых воинов остановил, если бы знал, что там находится. Однако, в данном случае энтузиазм масс оказался оправдан, донжон взяли обычным нахрапом.
Мысленно подумалось, как хорошо воевать с опытным, подготовленным и в меру инициативным личным составом, во все времена и на любом уровне развития общества. Который легко может замазать твои огрехи как командира, тем более что даже в раннем средневековье командир на поле боя всего узреть не в состоянии, при всем своем желании. Неудивительно, что вся мировая военная история на Земле ‑ история триумфа профессиональных армий. Что в Риме легионеров призывников сменили профи, что у сокрушивших прогнивший до предела Рим варваров
