Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
‑ Но вздергивать тебя на дыбу, я пока не буду. Надежда, что ты возьмешься за ум, немножечко дышит.‑ Сделал паузу и продолжил.‑ Все понятно, что для молчания могут быть очень серьезные причины, но вот какие они могут быть у тебя, до меня никак не доходит. Ради кого ты терпишь эту боль? Ради герцога? Без вопросов, ты ему присягнул и все такое, но он с острова сбежал, а ты ‑ нет. В результате ты сейчас стоишь передо мной в пыточной, а он забавляется с дочками и служанками сэра Даркмура. Ради покойного сэра Майта? Тоже без вопросов, хороший был рыцарь и достойный враг, не испытываю удовольствия от его смерти, хоть он и полуэльф. Но сэр Майт умер ‑ ты еще нет. Ради чего ты так настойчиво пытаешься к нему присоединиться? Коли ты мне неинтересен исход будет один. Хотя он умер легко, а тебе этого ожидать не следует. Ты после вчерашнего висения на дыбе сам даже повеситься не сможешь. А у тебя жена и… дети. Ты так стремишься оставить их сиротами?
‑ Все равно ведь казните, к чему этот разговор? ‑ Скривился мужик. Ну вот, лед и сломан. Жить он все‑таки хочет. А говорить будет. Да кто бы сомневался. Надежда ‑ очень страшное оружие.
А вот если бы его сейчас вздернули вверх и начали охаживать кнутом, то в молчанку играть бы начал запросто. Я этот тип людей знаю. Ненависть и чувство долга долго давали бы силы. Конечно, рано или поздно он бы сломался если не помер раньше, но потери времени, физических усилий и износ оборудования были бы нерациональны. Зачем? Если можно просто поговорить, благо мужик вызывал симпатию и ломать его без крайней нужды не хотелось. Идти против инстинкта самосохранения крайне сложно и как говориться «коготок увяз, всей птичке пропасть»,‑ тоже умные люди сказали.
‑А зачем мне тебя обязательно казнить? ‑ Хмыкнул я, не дождавшись продолжения. ‑ Личного у меня к тебе ничего нет. А без личных причин повесить тебя стоит разве что только для устрашения, чтобы люди смотрели и грабить корабли с орочьим золотом опасались.
‑ Ограбишь вас, ‑ осклабился Бран и плюнул на пол, ‑ как детишки в ловушку угодили. Говорил я сэру Майту…. ‑ И замолчал, скривив рожу и помотав головой вместо продолжения.
‑ Ну, допустим, попытка была неплоха. Для веревки впрочем, и ее достаточно. Мы слегка отклонились от темы. Ты жить хочешь?
Жертва задумалась. Жить ей хотелось, остаться человеком ‑ тоже, в худшем случае, если мои подозрения оправданы, просчитывала ситуацию, как выжить и обмануть врага. В первом и последнем случае я в выигрыше что бы он там не думал, во втором ‑ возможны варианты.
‑ А кто не хочет?‑ Наконец решился задать уточняющий вопрос. ‑ Только тебе же надо чтобы я свою жизнь купил? ‑ В данных условиях ты, это хамство и привет от остатков гордости. Третий вариант становится менее вероятным. То есть агентом спецслужб сопредельных государств он может и не быть, мало ли где набрался полезных для честного гражданина во вражеских застенках советов. Если не играет. Но последнее довольно глупо, поскольку в ударе по морде от Гейра с возгласом:
‑ Попочтительнее с языком, ублюдок!‑ Нет ничего приятного. И я тоже могу обидеться и продолжить разговор, только попив винца в соседней комнате. Пока палачи внушают жертве более позитивный взгляд касательно нашего сотрудничества.
‑ Гейр, поосторожнее. Сломаешь ему челюсть, на кой он мне тогда нужен? Только повесить останется.
‑ А вот касательно тебя, дружок. Подтверждаю, что гордость это качество вызывающее уважение, но в данных условиях, ‑ я повел рукой по кругу, типа указывая на обстановку, ‑ ее показывать немного неумно. В настоящий момент ты меня заинтересовал и при определенных условиях можешь выйти отсюда живым и даже относительно невредимым. Хамство и отсутствие почтительности дальнейшему присутствию интереса не способствуют.‑ Пауза и перебив попытку что‑то сказать от Брана.‑ Короче так мужик. Будешь хамить ‑ вздерну на дыбу и выжму из тебя все, что мне интересно другим способом, доброй воли у меня не бесконечное количество. А потом то, что от тебя останется, сгниет в безымянной могиле и ни твоя семья, ни родственники, ни просто люди так и не узнают, что с тобой произошло и где лежат твои кости. Лишь только то, что ты все что знал ‑ выдал. Об этом я лично позабочусь. Понятно?… Я хочу услышать ответ! Понятно?
‑ Да Ваша Светлость…. ‑ Хрипнул Бран, опустив взгляд. Ну вот, а вы сразу бить и на дыбе растягивать. Хотя мог бы и господином назвать.
‑ Итак, господин в третий и последний раз задает простой вопрос. Ты жить хочешь, Бран Эбер?
‑ Жить то хочу, Ваша Светлость, ‑ у Брана остались силы на легкую издевку, молодец мужик, ‑ но вот за свою жизнь чужими заплатить не готов.
‑ Я так и знал, что мы найдем общий язык! ‑ Хмыкнул я. ‑ Гейр, друг мой, развяжи почтенного Брана и дай ему какую
