Ветеран чеченской кампании, выживший на войне, но оставшийся инвалидом и убитый местной криминальной молодежью в собственном подъезде, к своему удивлению, продолжил существование в новом теле в другом мире. Только, увы, в теле молодого орка. В мире, в котором орков ненавидят и где прилагаются всяческие усилия для того, чтобы от них избавиться. Ну а орки приняли правила игры и живут по принципу: «пусть ненавидят, лишь бы боялись». И конца этой войне не видно. Во всяком случае, для Даниила, ставшего ныне Краем, нет никаких шансов ее избежать.
Авторы: Марченко Ростислав Александрович
в камере посидит, подождет коллег по несчастью, которых сегодня сдал. Впрочем его судьба уже решена и откровенность ей нисколько не поможет. Плесень. Существо общего употребления. Весьма полезен пока ты в силе и с огромным удовольствием сдерет с тебя шкуру на сувениры новому хозяину, стоит ослабнуть.
Учитывая неминуемые проблемы с дележкой власти в нашем квартете в будущем, таких тварей в нашем окружении надо подчищать заранее, во избежание провокаций и стравливания между собой. Как бы они не попытались изобразить полезность, особенно касательно непонимающих с кем столкнулись людей. Полковник Зубатов в свое время сразу понял, кто кем виляет в делах Охранного Отделения с товарищем Евно Азефом, но к сожалению над ним сидели люди считающие себя куда умнее этого профессионала. В результате агент охранки помимо слива охранке непонравившихся чем‑то борцов с режимом, сливал и самим борцам засвеченных ему кураторами коллег, зарабатывая реноме прозорливого борца с провокаторами и угрохал если не изменяет память, трех губернаторов и царева дядюшку, активно участвуя в подготовке покушений. Причем юмор в том, что он только на себя работал, имея в грязном смысле этого слова, одновременно и социалистов‑революционеров и охранное отделение. Никакой моральной дилеммой эсеровского Штирлица в Царской Охранке там и не пахло. Человек плавающий в липучей и вонючей субстанции зарабатывая себе на жизнь. Достаточно хорошую жизнь, а главное жизнь, которая нравится, в которой человек чувствует себя незаменимым, чувствует свою власть над другими, над их жизнями и судьбами.
Так как нормальный купец никогда не сунется добровольно в гущу боевых действий, самый простой и очевидный способ связи агентуры противника с руководством на данном уровне развития общества, у врага явно отсутствует. На месте «Надзирающих» Серебряных Драконов, других Домов эльфов и людских государств я бы вообще приказал уцелевшей агентуре полностью заморозить свою деятельность, до стабилизации обстановки на архипелаге.
Враг со мной не согласился, похоже, возможность подарить оркам и без того пиратский архипелаг как место базирования, по крайней мере Драконов, совершенно не устраивала. На несколько секунд даже потешила мысль, что длинноухие считают реальным и привлечение местных кадров к орочьим грабежам. Ну и идиоты. Первые несколько лет торговля будет весьма хилой, зарубежное присутствие минимальным, соответственно вербовать информированные источники взамен потерянных будет очень сложно. Если конечно мы не зажремся и мышей ловить, не перестанем. Без инициативников, включая, не дай бог аналогов полковника Пеньковского из местных кадров, конечно, не обойдется, но и от них вред можно свести к минимуму благодаря грамотным режимным мероприятиям. Сейчас же, использовать имеющуюся сеть для разведобеспечения местных партизан это все равно, что забивать гвозди золотыми слитками. Забить гвоздик то можно, только умный человек использует молоток, даже в худшем случае сменит слиток на него при первой же возможности.
Эльфы поступили даже круче, например этот крысоватый сквайр получил в числе прочих агентов эльфов задачу организации партизанского движения на острове, если можно так выразится, налаживания взаимодействия с настроенными патриотически местными жителями и остаточными группами войск Герцога, организации сети Сопротивления и так далее. Бедняге сильно не повезло, ему даже запретили эвакуироваться. Разумеется, ублюдок ослушался и свинтил вместе с герцогом. Кончилось тем, что тот самый Эвниссиэн поставил сквайра на колени, прижал ножик к глазику и совсем вознамерился его выковырять, но Хорни удалось своего резидента убедить в своих муках совести, осознании ошибки и готовности искупить вину. Голос допрашиваемого, рассказывающий о жестокости куратора, прямо звенел негодованием и желанием показать всё отсутствие альтернативы своему сотрудничеству с разведкой Серебряных Драконов.
Действительно, каков мерзавец этот Эвниссиэн, да как он такое мог… негодяй! Надеюсь, когда‑нибудь мы с ним свидимся, на моих условиях, разумеется. Вероятности чего я оценил весьма приемлемыми. Я бы на его месте сквайра прирезал, а не отправил назад с разведывательно‑диверсионной группой. Непростительная ошибка. Очень похоже на то, что мой короткоухий недруг больше военный, а не разведчик. В разведку попал со сложившимися привычками. От выходки запугать нарушителя приказа до усрачки и отправить назад его выполнять, прямо несло запахами казармы и портянок. Хорошая иллюстрация предубеждения сотрудников подразделений уголовного розыска против бывших армейских офицеров на должности
