Орк-лекарь

рыцарь Валис.
— Он — орк, дикарь, — прошептала Миллинитинь. — Я знаю заклинание, которое может вылечить ожоги… у всех — но только не у меня. Это — особенность эльфийской магии, целитель не может помочь самому себе.
Все замолчали, лишь Маня осторожно ткнул девушку носом в шею — дескать, я и так тебя люблю, какая бы ты ни была…
— Может быть, я сумею выучить твое заклинание? — осторожно поинтересовался я.
— Ты не запомнишь, — отмахнулась эльфийка.
— Так можно же записать!
Я достал свой дневник. Миллинитинь с изумлением посмотрела на меня:
— Грамотный орк?
— Как видишь. Диктуй слова!
Самым сложным оказалось не запомнить, а правильно произнести заклинание — я чуть не вывихнул челюсть, пытаясь повторить те переливчатые трели, что выдавала девушка. Однако довольно быстро у меня что-то начало получаться. По крайней мере бугристые красные пятна у нее на шее сначала посинели, потом позеленели, но наконец приобрели нормальный телесный цвет. Исчезла разница между здоровыми и пораженными участками кожи.
— Честное слово, я никогда не ожидала, что орк окажется способен к эльфийской магии, — поразилась Миллинитинь. — Ты — удивительное существо, Мышкун! Мне иногда кажется, что ты не такой дикарь, как остальные зеленокожие.
Ответом на ее слова был лишь лай Мани. Я предпочел не развивать тему…

Если кто-то при мне скажет, что эльфийская магия — это легко и просто, то я стукну его в ухо. Миллинитинь последние полчаса держалась лишь на нервах. Как только ее кожа приобрела более или менее нормальный вид, она умоляюще взглянула на меня и тяжело опустилась на мостовую рядом с Маней. Мой зверь, скотина этакая, улегся, изобразив из себя походное кресло. Эльфийка прижалась к его теплому брюху и прикрыла глаза.
Мне стало завидно, но что поделать — кроме Миллинитинь, оставались другие пострадавшие. Заклинание работало безотказно, и вскоре все, кроме меня, избавились от оставленных огнем метин. А мне неудержимо захотелось прилечь рядом с Миллинитинь. Нет, не потому, что она — одна из самых красивых девушек, которых я видел, а просто потому, что ноги уже не держали.
Выручил, как всегда, старина Дравар. Все-таки гномы — удивительные существа, способные думать о насущных потребностях в самом неподходящем для этого месте. Таинственное подземелье, мертвый город, окруженная дворцами площадь, а посреди нее сидит бородатый дядька и помешивает кашу в котелке. Картина сюрреалистическая, но было именно так. Когда выяснилось, что не нужно срочно заниматься зельевареньем, огненный маг огорчился, что зря кипятил воду.
— Почему зря? Очень даже не зря! — не согласился мастер Дравар.
И, пока я занимался лечением ожогов, быстренько сварил из остатков того зерна, что я брал для кур, и пары кусков вяленого мяса наваристый кулеш, от запаха которого все на время забыли о том, зачем, собственно, лезли в подземелье.
Первым опомнился рыцарь Валис. Облизав ложку, он притворно-ворчливо произнес:
— Интересно, что ж мы наверху пообедать не догадались?
— Дык как-то не до того было, — пожал плечами мастер Дравар.
Он дочиста выскоблил котелок и вздохнул:
— Хорошо, но мало. Что этот черепок на семерых?
Маню гном не посчитал, хотя и ему досталось — Миллинитинь поделилась с ним своей порцией.
— И когда еще поесть удастся? — отозвался Убуш-ага. — Под землей хорошей еды нет, под землей только змеи живут и невкусные мокрицы.
Я не выдержал:
— Да кончайте вы ныть! Посмотрим, что тут интересного, да вернемся. Мы же сюда не жрать залезли!
— Вернемся? — с ужасом спросил мастер Дравар. — Как? А огненные нити?
— Не бойся, рудокоп, теперь они для тебя не страшны, — магистр Таралит не упустил момент прочитать очередную лекцию. — Огонь воздействовал лишь на остаточные следы Хаоса, имевшиеся на твоей коже. Скажи спасибо, что ты сам не нес в себе Хаос. Иначе ты вообще не смог бы пройти через завесу. Боюсь, изменение ауры не может скрыть присутствие деструктивных устремлений личности.
Гном выпучил глаза:
— Чего? Какие устремления?
— Попробую объяснить этот парадокс, — магистр даже встал, чтобы удобнее было рассказывать. — Надеюсь, я правильно понял принцип идентификации, по которому действует система защиты подземного города. Во-первых, выявляются любые влияния Хаоса. Видимо, создатели этих заклинаний немало знали о нем и относились к нему резко враждебно. Во-вторых, основным критерием, определяющим право того или иного существа пройти через завесу, является очень своеобразное энергетическое