Орк-лекарь. Если ты врач-психиатр, и даже «без пяти месяцев» заведующий отделением, то человек ты безусловно солидный. Тебе ни пристало носиться по лесам с текстолитовым мечом, даже если ты полагаешь, что лучше его психотерапевтического средства не найти. Но так уж вышло, что Саныч при всей солидности был ролевиком.
Авторы: Лифантьева Евгения Ивановна Йотун Скади
я чуть не пропустил волокушу, на которой сидела Жужука. Ей пришлось помахать мне рукой, привлекая внимание:
— Эй, Мышкун, иди сюда! Нечего ноги бить! Лекарям тут место!
Устроившись под теплым боком орчихи, я вдруг понял, как устал, промок и продрог. Хлебнул «универсального исцелителя», но озноб не проходил.
— Да ты никак приболел, братишка? — забеспокоилась Жужука. — Так скинь халат, залезай под шкуры и грейся.
И потом, приняв грязный сверток, в который превратилась моя одежка, добавила задумчиво:
— А халат тебе новый надо — этот совсем старый уже. Ладно, спи, Мышкун, а я брата спрошу, может, поможет…
Мерное покачивание левитирующей волокуши, тепло не промокающих под дождем шкур, запахи мокрой земли, молодой травы, дыма, сырой шерсти… Я моментально уснул и проснулся, естественно, у костра в тумане.
Здесь меня, оказывается, уже ждали. На одном из камней расположился Богдан. На этот раз он походил не на галантного гардемарина, а на отпетого флибустьера. Левый глаз закрывала повязка, лоб охватывала темная бандана. Кроме кобуры с револьвером, на поясе висела сабля, а из-за пояса торчал еще один пистолет. В руках Богдан держал музейное ружьецо, ласково уложив цевье на сгиб локтя.
При моем приближении Богдан встал, стало заметно, что и его камзол полностью утратил свой прежний пижонский вид. Потрепали земляка, похоже, крепко, но выглядел он бодро и даже улыбался.
— Салют, зеленый! — помахал он рукой. — Наконец-то и ты тут. Не поверишь, только я собрался отдохнуть по-человечески, как все опять заверте…
— Я — тоже. Кстати, спасибо за топорик, выручил меня.
— Не за что! — отмахнулся Богдан. — А чего это ты нынче полуголый?
— Как спал — так и перенесся, хорошо хоть оружие при мне.
Я равнодушно пожал плечами и вдруг сообразил, что снятые перед сном сапоги тоже оказались на моих ногах. Причем по-прежнему полные грязной дождевой воды.
Стянув сапоги, я пристроил их поближе к огню, да и сам пересел так, чтобы было потеплее. Все-таки хорошая штука этот магический костер — и от обуви, и от штанов сразу же повалил пар, но жара я не ощущал.
— Что с глазом? — поинтересовался я.
Я все же доктор, хоть и психиатр. Клятву ту самую давал. Может, меня сюда вытащили в качестве лекаря?
— Стреляли.
Фраза из известного фильма улыбнула обоих. Я успокоился: если пациент не только болтает, но и улыбается, значит, все уже в порядке, рана не опасна.
Арагорн появился, как всегда, внезапно и с важным видом уселся на валун. Он был не в привычной мне «земной» одежде, а в какой-то попугайской хламиде, сплошь затканной золотом и драгоценностями, из-под которой, правда, торчали совершенно не подходящие по стилю берцы. Но больше всего умилял чепец (или все-таки берет?), украшенный разноцветными перьями и усыпанный самоцветами, с бляхой. Жаль, что Киркоров и Верка Сердючка не увидят, а то бы умерли от зависти и избавили бы россиян от своего творчества. Закинув ногу на ногу, бог тщательно расправил складки одеяния и уставился на нас взглядом университетского профессора, дождавшегося, когда к нему на зачет придет самый злостный прогульщик. От тяжести этого взгляда мне стало не по себе.
— Итак, господа, что вы знаете о Мироздании? — строго спросил Арагорн.
— Оно существует. Что-то еще? — моментально нашелся Богдан.
Ара сделал равнодушное лицо, закатил очи и кивнул мне: мол, с этим все ясно, послушаем тебя.
— Хочешь сказать, что земная теория Большого Взрыва не соответствует действительности?
— Ну, не совсем чтобы не очень… Веера действительно постепенно разбегаются, только все происходит не совсем так, как считают земные ученые. Ближе всего к реальности идея одиннадцатимерного пространства, которая описана в некоторых математических моделях…
— Где-то в глубине души я подозревал, что все зло в мире от математики… — пробурчал под нос Богдан.
Я молчал. Как-то так получилось, что квантовая физика с ее теорией суперструн прошла мимо меня, точнее, я — мимо нее. Человечество, может, что-то там и знает об одиннадцатимерном пространстве, а я — нет.
А бог тем временем продолжал лекцию:
— Без осознания сущности пространства-времени невозможно перемещение из одной воплощенной вселенной в другую. Да вообще — ничего не возможно. Да, Саныч, это я тебе говорю. А то, понимаешь ли, захотел невозможного! Как Лофт…
Я мысленно сделал стойку, как охотничья собака возле притаившейся в траве куропатки. Ара уже упоминал это имя.
— Лофт? Это который заточен?
Арагорн инстинктивно кивнул,
