Орк-лекарь

недовольный? — в интонациях Асаль-тэ-Баукира теперь слышалось недоумение. — Ну, отдашь „Зерно“ — и дело с концом. Игрок — бог, у него хватит ума уничтожить этот хаоситский аккумулятор и не разнести на атомы окружающее пространство».
«Во-первых, когда имеешь дело с Арой, никогда нельзя что-то загадывать, — ответил я. — А во-вторых, у меня предчувствия…»
«Что-то часто они у тебя в последнее время… Может, у тебя — скрытый талант провидца?»
«Этого еще не хватало!»

Смутное беспокойство заставило меня продумать все мелочи. Давно заметил: если что-то не нравится, надо не спешить, но делать то, что делаешь, с утроенным вниманием. Тогда, бывает, спрятавшаяся проблема находится раньше, чем сможет навредить.
Ради торжественности момента я нацепил на себя подаренные князем доспехи — наборную бронь вроде монгольской. Кажется, такая называлась «колонтарь», наручи и поножи, даже отделанную мехом стальную шапочку-мисюрку. Выглядел я красиво, но вот как убедить собравшихся стариков с бубнами в том, что я отправляюсь в шаманское путешествие?
Для обряда выбрали уютный ложок, по дну которого тек вздувшийся от дождей ручей. Развели костер, я велел постелить рядом с ним кошму. Шаманы расселись вокруг, ожидая, наверное, что я буду прыгать и изрыгать какие-нибудь заклинания. Но я решил рискнуть. Все-таки старики — профессионалы, они способны видеть истинную суть происходящего. Поэтому я просто улегся на подстилку, закрыл глаза и прошептал формулу переноса в Междумирье.
Потом Убуш-ага рассказал мне, что мое тело вдруг стало полупрозрачным и совершенно мертвым. Оно было похоже даже не на труп, а на стеклянную статую, которая никогда не была живой. Словно от того, что было до этого мной, осталась одна видимость. А магистр Таларит высказался еще забавнее: «Бывает, шпионы накладывают на себя морок, меняющий внешность. Так вот, ты был похож на морок, под которым вообще нет того, что он прячет».
Но всеми этими впечатлениями со мной делились потом. А пока я лишь радовался, что сразу же удалось попасть в туман. Теперь бы еще узнать, где носит Арагорна…
Однако радоваться, как оказалось, было рано. Неожиданно туман стал редеть, давая возможность увидеть что-то вроде древнеримского амфитеатра — овальный участок почти ровной земли и поднимавшиеся уступами скалы, похожие на скамейки для великанов. В тумане я не заметил, что иду по ущелью между двумя стенами, но теперь пелену словно ветром сдуло. Вход в амфитеатр был уже далеко позади, впереди — сама арена, а из десятка других проходов выходили они…
Рыцари в уродливых шлемах, похожих на рогатые ведра. Анимэшные самураи с «ирокезами» на головах и блестящими катанами в каждой из пяти рук. Многочисленное зверье, по большей части относящееся к пресмыкающимся и земноводным. Полностью металлические существа — то ли роботы, то ли ожившие рыцарские доспехи…
Но самым противным было то, что за спиной раздавался такой же лязг и стук, как и из других проходов и арок, окружавших арену.
— Это что еще за поле Куру? — пробормотал Асаль-тэ-Баукир, который в последнее время со Стругацких переключился на вылавливание из моей памяти обрывков из романов Олдей.
— Куру, Дуру — это нам все равно, — ответил я. — Но, кажется, придется драться. И чего они сюда слетелись, как мухи на варенье? Раньше им на меня было наплевать…
— Видимо, их манит «Зерно Хаоса», — предположил мертвый маг.
— Значит, удрать не сможем, будут гонять по всему туману, — продолжил я его мысль. — Что же, помирать — так с музыкой. Что-то много, правда, тут этой дряни…
— Большая часть — недооформленный морок, с которым и я справлюсь, — Асаль-тэ-Баукир глубоко вздохнул, раздулся до размеров лошади, оброс гривой и принялся царапать лапами землю.
Конечно, домашняя кошка ростом с лошадь — еще то зрелище, но мне стало как-то спокойнее. Все-таки не одному отмахиваться. Тем более что Асаль-тэ-Баукир постепенно трансформировался в крупного, но вполне узнаваемого льва. Но тут я заметил за спинами рогачей в наборных доспехах смутно знакомую фигуру. Серокожий здоровяк в парчовой жилетке махнул рукой, и по жесту я понял, что он посылает своих солдат куда-то вверх по склону. Но зачем — об этом было уже некогда думать.
Первыми ко мне подоспели какие-то лохматые змеи. Они кидались на нас с Асаль-тэ-Баукиром, норовя ударить торчащим из затылка пучком игл. Мертвый маг, получив в морду такой «заряд», слегка опешил, но у меня-то не голые лапы, а сапоги из прочной кожи, которыми очень удобно топтать всякую мерзость, вне зависимости от того, насколько она ядовита…