Орк-лекарь. Если ты врач-психиатр, и даже «без пяти месяцев» заведующий отделением, то человек ты безусловно солидный. Тебе ни пристало носиться по лесам с текстолитовым мечом, даже если ты полагаешь, что лучше его психотерапевтического средства не найти. Но так уж вышло, что Саныч при всей солидности был ролевиком.
Авторы: Лифантьева Евгения Ивановна Йотун Скади
— Именно, — кивнул Арагорн. — Некоторые обезьяны пользуются моим покровительством, но то, что у них получается, — далеко не «Война и мир». Но ты, Саныч, или полный идиот, или действительно отмечен какими-то силами, которые превосходят даже мое воображение. Из всех осколков, какие остались от саркофага, ты выбрал те, в которых сконцентрирована позитивная энергия ауры Лофта.
— Мне просто камешки понравились, — я пожал плечами и улыбнулся, постепенно понимая, куда клонит Арагорн.
— Во-во! «Камешки понравились»! — передразнил меня бог. — В результате ты получил два талисмана невероятной, безумной удачи! Причем заряженные энергией хоть и безумного, но Контролера высшего уровня! Талисманы, которые нуждаются в достойном обрамлении!
Закончив на этой пафосной ноте, Арагорн на миг сжал осколки в кулаках, а когда снова распрямил ладони, на каждой лежал великолепной работы кулон. Оправленные в старую бронзу прозрачные камни, напоминающие фантастически крупные бриллианты. Увидев мой заинтересованный взгляд, бог отрицательно покачал головой:
— И не надейся, Саныч. Ты и так везунчик. Тебе и моей удачи хватит, да еще чью-то прихватываешь, чью — даже не знаю. Так что с такой штукой рискуешь вообще страх потерять. Они будут выдаваться нуждающимся под расписку и при условии строгой отчетности за каждую каплю потраченной энергии.
Бог усмехнулся каким-то своим мыслям и резко сменил тему:
— И вообще — вам пора, ребята. У Богдана до сих пор скверна не чищена, у тебя вот-вот дворцовый переворот начнется…
— Какой переворот? — спросил я, но понял, что Арагорн уже меня не слышит.
Я, словно пробка из бутылки с шампанским, мчался сквозь туман — только ветер в ушах свистел. Зато я успел разобрать последние слова бога:
— А вас, уважаемый Асаль-тэ-Баукир, я попрошу остаться…
Где-то в туманной бесконечности, посреди нагромождения камней, которые можно принять и за руины древнего замка, и за изъеденные временем и ветрами скальные останцы, возле колдовского костра, горящего без дров, сидел обычный с виду человек. Таких можно встретить в любом крупном городе России — небрежно собранные в «конский хвост» темные с первой сединой волосы, худощавое лицо, кожаная куртка и высокие армейские ботинки. То ли престарелый неформал, то ли постепенно опускающийся бывший военный, не нашедший себе теплого места «на гражданке».
Рядом с мужчиной примостился белый лев. Зверь задумчиво смотрел в огонь, и отражение пламени плясало в его зрачках, придавая морде животного выражение философской печали.
— И все же — почему ты не хочешь вернуть себе прежний облик? — спросил, очнувшись от раздумий, тот, кто выглядел человеком.
— А зачем? — глубоким басом ответил лев. — Прошлое уже не вернуть.
— Никак?
Мужчина в куртке порылся в кармане и достал красивый кулон — тонкая цепочка, сплетенная из крохотных бронзовых листьев и миниатюрных цветов, а на ней — полыхающий радугами и разбрасывающий цветные искры прозрачный камень в обрамлении изящных металлических завитков.
— Даже если невозможное возможно?
— Никак, — ответил лев. — Но можно изменить будущее. Даже если вероятность этого исчезающе мала…
— Значит, будем ждать, когда твои разведчики вернутся с донесениями, — кивнул тот, кто имел человеческую внешность.
