Оружие женщины

Он как будто заново узнавал ее. Она стала женщиной. Матерью его детей.
Он хотел, чтобы этот момент длился вечность, и в то же время мечтал его прервать, боясь, что желание просто захлестнет его. Поняв, что больше не может ждать, он вошел в нее.
— Ксандрос!
Он шептал ей нежные слова и успокаивал ее, но она все равно испытала шок от ощущения его в себе. Столько времени прошло! По ее лицу поте­кли слезы от осознания того, что все это только иллюзия.
Он замер.
— Я сделал тебе больно?
— Нет! — по крайней мере не в том смысле, о котором он думает. Ее тело всегда готово принять его, а вот сердце разрывается. — Нет, Ксандрос!
Он целовал ей грудь, волосы. Они прилипли к ее шее и восхитительно пахли. Он медленно двигался в ней, чувствуя, как приближается момент удовольствия. Она двигалась ему в такт и в какой-то момент начала стонать от нетерпения. Ксандрос закрыл ей рот поцелуем, помня, что они не одни в доме. Спустя пару минут он последовал за ней и достиг крайней точки блаженства.
Потом он быстро уснул. Так всегда с ним быва­ло после секса. Но сейчас все было как-то по-осо­бенному.
Ребекка чувствовала странную пустоту внутри. Она лежала, глядя в потолок. В ее голове снова рождались вопросы, на которые она очень хотела получить ответы.

Ксандрос проснулся на заре. Слабый свет пробивался через шторы. Обстановка вокруг была незнакомой, и он вдруг понял, что лежит в постели Ребекки!
Он резко сел и посмотрел на ее половину крова­ти. Интуиция не подвела его — он здесь один. Смя­тые простыни и еле уловимый запах женского тела были единственным доказательством того, что ему не приснилось. Они занимались любовью.
Тогда где она? С детьми? Он сладко зевнул.
Его губы растянулись в улыбке, и он лениво потянулся. Потом встал с кровати и надел смятые джинсы и рубашку. Надо найти ее. И вернуть в постель.
Он нашел ее на кухне. Она стояла спиной к нему и отсутствующим взглядом смотрела на пустынную улицу. Должно быть, только покормила близнецов, потому что жадно пила воду из стакана. Казалось, она не слышала, как он вошел.
— Ребекка! — тихо позвал Ксандрос.
Он не видел, как она крепко сжала стакан в руке, словно хотела позаимствовать у холодного стекла немного бесстрастия. Но ничего не сказала. Пока не сказала.
Он принял ее молчание за смущение. Конечно, ее смутило то, что произошло между ними ночью. Это забавно. Он неслышно подошел к ней и уткнулся лицом в шею, вдыхая ее неповторимый запах.
— Пойдем в постель, — пробормотал он, чув­ствуя, как его охватывает возбуждение.
Ребекка поморщилась.
— Но я не устала.
— Отлично, — томно отозвался он, — я тоже.
Но ее плечи оставались гордо выпрямлены. Она даже не шелохнулась, стараясь не расслабиться и не поддаться очарованию его сильного тела. Одно его прикосновение, и она пропала.
— Я лучше приму душ и оденусь, — сказала она. Это явно было не кокетство и не завуалирован­ное приглашение. Он прищурился.
— Ребекка?
Она понимала, что не сможет вот так стоять и смотреть в окно, что нужно повернуться к нему. Но это было почти невозможно для нее, Ребекка не помнила, чтобы ей когда-нибудь было так трудно. Как скрыть свои эмоции так, чтобы он ничего не понял? Она не хотела показывать ему свою уязви­мость. У нее остается только один выход.
Ребекка резко повернулась и одарила его быстрой сдержанной улыбкой, которой улыбалась всем пассажирам «Эволо». Казалось, сейчас она предложит ему кофе.
— Нам не стоит возвращаться в постель, — рав­нодушно бросила она.
Он решил дать ей последний шанс. Может, она так говорит ради приличия. Ей сейчас стыдно, что она ночью сдалась. С этим он справится.
— Ребекка, — прошептал он, — милая.
Этого должно хватить. В том, как он произнес ее имя, было все, что он мог пообещать ей. Еще никог­да не произносил он его с таким придыханием.
В другой ситуации этого Ребекке хватило бы, чтобы она отдалась рукам и его поцелуям, которых он жаждал. Она бы позволила ему отвести ее наверх и ничего не сказала бы о том, что они могут привлечь внимание сиделок или потревожить детей. Они бы заговорщицки улыбались, а их серд­ца трепетали бы от предвкушения.
Нет, его сердце не будет трепетать, напомнила она себе. Его чувства сосредоточились совсем не на том, что ей нужно, и не стоит забывать об этом. Оставь свои глупые мечты, надежды, жела­ния, что однажды он сможет полюбить тебя так же сильно, как ты любишь его.Этого не будет никогда.
Ксандрос не умеет любить так, как мужчина