Когда твоей заботе поручают не пядь земли, не город и даже не страну, а целый мир, появляется законный повод для гордости. Когда в твои руки попадают черепки сосуда чужой судьбы, возникает непреодолимое желание сложить из них новый, лучше прежнего. Доброе слово сглаживает острые грани, суровое — скалывает выступающие края, мозаика вновь сотворенных путей растет и ширится, не предвещая странникам бед и напастей. Но если увлечься игрой на поле жизни других, рискуешь не заметить, как от твоей собственной останутся одни лишь осколки…
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
вились ниточки наносного, повторяя его ход, но не в абсолютной точности, что и позволяло заметить присутствие лишней структуры.
Откуда оно взялось? Сформировалось само? Слишком чудесно, чтобы быть правдой. Магия? Кроме слабого фона лекарки, без сомнения, практикующей чародейские приемы, в палатке нет ничего волшебного. Каким же образом…
— Спасибо, — Нэния потянулась и встала, неохотно убирая плечи из-под моих ладоней. — Надо завершить начатое, а то как-то нехорошо оставлять парня в непотребном виде.
Лекарка сдвинула края разреза, наскоро прихватив их через край суровой ниткой, и, во избежание нарушения достигнутой целостности, черпнула немного Силы из болтающейся на поясе «шкатулки», чтобы запечатать шов…
Икоту я подавил еще до выхода наружу, только почувствовав удары ее кулачков в груди, но от сдавленного визга Нитей свело зубы. А мгновением позже мои барабанные перепонки оказались на грани разрыва, потому что Нэния истошно закричала. Впрочем, кто бы не закричал на ее месте? Даже привычный ко многому человек вряд ли сохранил бы спокойствие, когда только что разрезанный и вновь зашитый труп сел, ухватился за запястья не успевших отдернуться рук и что-то промычал в складки кожи, свисающей на лицо с распиленного черепа.
Правда, сего порыва хватило ненадолго, и покойник вновь рухнул на стол, потянув за собой лекарку, а я, к стыду своему, помедлил выручать испуганную женщину из лап восставшего мертвяка, потому что одновременно с началом движения последнего почувствовал еще один всплеск очень похожей волшбы. Совсем рядом. В кувшине, из которого пила Нэния.
Трясущуюся в ознобе ужаса лекарку закутали в походное одеяло и увели в другую палатку, а капитан Хигил грозно взглянул на меня:
— Что произошло?
— Маленький сеанс практической магии. А точнее, одной из ее наименее привлекательной разновидностей.
— Говорите яснее!
— Госпожа лекарь только что и весьма успешно провела поднятие мертвяка.
— Что?! Это невозможно! Нэния…
Взгляд капитана стал еще глубже и суровее.
— Она не пострадала, если вас беспокоит ее самочувствие. Или… А, вы удивляетесь, как она смогла сыграть роль некроманта, если не владеет магией на соответствующем уровне и в надлежащем объеме? Очень просто. Кто-то позаботился об удобстве. Конечно, не в расчете на уважаемую госпожу Нэнию, а, скорее, на себя самого. Поставил, так сказать, опару, чтобы в нужный момент сразу испечь хлеб, а не смешивать муку с дрожжами.
— Что вы хотите этим сказать?
Я почесал взмокшую под воротником рубашки шею. Совсем неподходящая для лета одежда, надо обзавестись чем-то полегче.
— Пока могу сказать только одно: при жизни лежащий перед нами человек подвергся некоему воздействию, которое после смерти обеспечило возможность поднятия трупа малыми вливаниями Силы. Проще говоря, это заготовка, о которой мечтает любой некромант. И похоже, кто-то не удовольствовался мечтами, а претворил их в жизнь. Или в смерть. Как вам больше нравится?
— Ваши шутки… — Скривил губы Хигил.
— Я не шучу. Вы даже представить не можете, капитан, насколько я сейчас серьезен. Если мои предположения верны, у нас с вами очень большая проблема. Целый город потенциальных клиентов труповода.
— Вы… уверены? — Кажется, мрачность моих мыслей все же передалась Егерю.
— Еще нет, но, скажем, я в полушаге от полной уверенности.
— Что следует предпринять? Установить оцепление? Я сейчас же сниму посты с…
— Ни в коем случае! — Мой окрик заставил капитана вздрогнуть. — Возможно, это только на руку злоумышленнику, отравившему Вэлэссу, ведь для поднятия мертвяков требуется Сила, а «Слезы Вечности» подходят не хуже всего прочего.
— Значит…
— Не ослаблять охрану больше, чем она ослаблена сейчас. Для оцепления хватит и имеющихся сил.
— Позвольте не согласиться: моих людей недостаточно, чтобы…
— Нужна всего лишь «полоса отчуждения».
— Но кто ее проведет? В моем подчинении всего два мага, и оба заняты на охране «Слез».
— Зато маг есть у меня. В городе.
— Но он может быть зараженным.
— Нет. Мы провели в Вэлэссе не более суток, а этого времени явно недостаточно, чтобы заболеть. К тому же… И я, и он не прикасались к тому, что вызвало болезнь.
— Вы знаете, в чем причина?
— Догадываюсь, — я посмотрел на кувшин, из которого при мне пила Нэния. — Откуда вы взяли эту воду?
— Доставили из источника неподалеку от города. А в чем проблема? Вода чистая и приятная на вкус, — он всмотрелся в мое лицо и побледнел. — Не хотите ли вы сказать, что…
— Именно. Отрава находится в воде.
— Нет…
— Думаю, не стоит переживать