Осколки.

Нижняя губа Мэя приопускается, обнажая полоску зубов, и застывает на месте. Замирают ресницы, крылья носа, желваки на скулах. Какие мысли сейчас проносятся в сознании, укрытом этой мраморной маской? Допускаю самые страшные и опасные для меня, но оправдываться и объясняться не буду. Не ко времени. Не к месту.
– Рон, могу я сейчас поговорить с вами? – вопрошает откуда-то из-за двери голос моего нанимателя.
– Да, милорд!
Выхожу в коридор, тщательно прикрывая за собой дверь и борясь с желанием взглянуть на эльфа. Некромант стоит на лестничной площадке, опершись о перила, и любовно поглаживает завитки резьбы.
– Новое приобретение требует много забот?
Он еще будет изводить меня насмешками… Впрочем, пусть. Главное – не забывать, что я должен на них хоть как-то реагировать, иначе, если станет понятно, что ни единое слово хозяина не имеет для меня значения, меня ждут трудности в деле верного и преданного служения.
– С радостью избежал бы их, однако…
– Что ж не избежали? – Темные глаза ехидно сверкнули. – У вас была такая возможность.
– Минута слабости, увы, с каждым бывает. Пожалел глупого малыша, теперь придется расплачиваться за собственную глупость.
– Да-да, – кивнул некромант. – Невинные ошибки норовят превратиться в… Но я хотел говорить о другом, в конце концов, с вашей зверушкой разберетесь сами. А вот касательно нашего с вами договора…
– Желаете что-то поручить?
– Да, желаю. Одно простое, но важное дельце… – Он выдержал паузу, как если бы занимался подбором единственно правильных для описания задания слов. – Завтра поутру вы отправитесь в город.
– Какой именно? Поблизости имеются…
– Мирак. До него с десяток миль, не больше. Выйдете по холодку и доберетесь до городских ворот как раз к их открытию.
– Как прикажете. Но мне нужно будет не только войти в город, верно?
– Вы слишком торопливы, Рон, слишком торопливы, – шутливо посетовал некромант.
Конечно тороплив. Если бы ты знал, как мне не терпится расправиться с тобой, труповод… Хотя спешить в самом деле не стоит. Я даже не представляю себе наказания. Оно должно состояться, без сомнения. За одну только гибель Юлеми я вправе требовать от тебя заплатить собственной жизнью. Но смертей ведь было много больше, и каждая требует оплаты. Значит, счет должен учитывать все прегрешения… И кто его выпишет?
– Зачем медлить, если путь найден, сапоги справлены, а в руке надежный посох? Пора делать первый шаг и переставать оглядываться назад.
Он посмотрел на меня со странной растерянностью во взгляде:
– Вы очень часто оказываетесь правы… Вот и сейчас сказали то, о чем как раз думал я. Медлить больше не имеет смысла. Дорога и в самом деле расстелена перед нами, а все, что может понадобиться в пути, уже готово или будет готово в скором времени. С вашей помощью, разумеется.
– Итак? Что я должен делать?
Некромант отвязал от пояса небольшой кошелек, осторожно опустил в него руку и извлек мутный шарик, похожий на стеклянный, но с упругими стенками, продавливающимися и легко восстанавливающими прежнюю форму.
– От вас требуется опустить это сокровище в фонтан на главной городской площади.
– И?
Он расплылся в блаженной улыбке:
– И все. А не позднее, чем через неделю, в моем распоряжении будет целая армия мертвецов.
Шарик снова упокоился в кожаном хранилище, и я опасливо принял из рук некроманта кошелек:
– Магия?
Улыбка приобрела истинно детскую невинность:
– Ни малейшего следа. Никто не сможет заметить опасность, пока… Не станет слишком поздно.
– Я должен буду сделать что-то еще?
– Нет, можете возвращаться сразу же, как исполните поручение. А сейчас не смею больше отрывать. Любое имущество требует ухода, а живое – тем более!
Некромант, похихикивая над собственной шуткой, начал спускаться вниз. Я постоял, глядя ему вслед, повертел врученное мне «сокровище» в руках, потом вернулся в комнату. Мэй все тем же остановившимся взглядом смотрел в сторону окна. Ну и пусть, кипение всегда лучше происходит в закрытом сосуде, а мальчишке нужно малость покипятиться внутри, прежде чем выпускать пар наружу. Но кое-что мне все равно следует сделать.
Отвязываю от посоха шнурок с белой бусиной и кладу рядом с правой ладонью эльфа:
– Завтра мне нужно будет уйти. Ненадолго. Но оставить тебя без защиты я не могу. Вряд ли труповод решится причинить тебе вред, и все же… Если почувствуешь угрозу, положи эту бусину в рот. Глотать не нужно, просто держи под языком, в тепле и влаге. И все будет хорошо.
Вообще-то не знаю, как оно может быть, хорошо или плохо: Ксаррон вручал второй подарок без особого