Осколки.

очередь становится дарителем…»
Хочешь меня запутать?
«Если бы и хотела, то любые усилия будут напрасными, потому что окажутся лишними…» — снисходительный смешок.
То есть?
«Ты запутался донельзя, любовь моя, зачем же еще и мне вносить свою скромную лепту?… Приберегу ее на потом… Когда ты найдешь выход из лабиринта…»
Поганка.
Вот уж, действительно, суровая кара! Причем, двойная: добро бы, нотации мне читала только одна из сестер, так нет же, получаю оплеухи от обеих. Полезные, конечно, но уж очень болезненные! Правда, говорят, что только через боль можно научить уму-разуму… Если так, я, наверное, должен быть им благодарен. И буду, конечно же. Когда перестану дуться.
— Я постараюсь, драгоценная.
— Не набивать шишки? — усмехается Тилирит. — Позволь усомниться в том, что тебе это удастся.
— Хочешь сказать, я слишком туп?
— Слишком упрям. Но это скорее достоинство, нежели недостаток. Не обладай ты достаточным упрямством, всем нам пришлось бы снова попрощаться с надеждой.
— Надеждой на что?
Темно-зеленые глаза недовольно сузились:
— Просто, с надеждой.
— Не хочешь быть откровеннее?
— Не сейчас.
— А когда?
— Когда ты чуть повзрослеешь.
— Вот, значит, как? Для всего прочего я уже достаточно взрослый, а для того, чтобы узнать чуть больше о самом себе, еще мал? Я так не играю!
— А нужно ли знать больше, вот в чем вопрос, — вздыхает тетушка.
— Нужно!
— Категоричное заявление. Что ж, если ты настроен столь решительно… О чем желаешь узнать в первую очередь?
— Почему меня оставили в живых?
Тилирит хмурится, отмечая нелепость и неуместность моего интереса:
— Это скучно, Джерон. Тебе известен ответ.
— Только его часть.
Тетушка терпеливо поправляет:
— Существенная часть.
— Пусть так! Но что мешало вам еще много лет назад прибегнуть к услугам «алмазной росы»? Только завещание моей матери или что-то еще?
— Ты жуткий лентяй, знаешь об этом? Особенно по части размышлений.
— Какой есть, — тщательно загоняю обиду подальше.
— Да уж… — соглашается Тилирит. — Был, есть и будешь.
— Есть?
— Скорее, пить.
Растерянно расширяю глаза. Никак не могу привыкнуть к тому, что тетя не только ужасающе похожа на кузена Ксо содержанием и направленностью шуток, но и существенно превосходит его в науке острословия ввиду огромного опыта.
И как прикажете ответить? Пропустить мимо ушей? Невежливо по отношению к собеседнице. Огрызнуться? Невежливо стократ. Но пока я думал, как поступить, Тилирит сжалилась и продолжила разговор, пряча в уголках губ улыбку:
— Ты понимаешь основное предназначение Мантии?
— Защищать? Думаю, да.
— И уже неоднократно бывал в Саване. Так почему же ты не допускаешь мысли, что Мантия может отправить тебя туда без твоего соизволения, если сочтет, что опасность слишком велика?
— Такое возможно?
— Вполне.
— Но раньше она всегда спрашивала…
— И что? Из любого правила есть исключения, — пожимает плечами тетушка. — Однако не буду лукавить: сейчас решения принимаешь ты, а не она.
— Почему? И значит ли это, что мы снова можем поменяться ролями?
Тилирит внимательно вглядывается в мое лицо, выдерживая многозначительную паузу и заставляя меня смущаться. Потом опускает ресницы:
— Все же, кое чему ты научился. Хорошо. Нет, не бойся: никто не станет навязывать тебе чужую волю, потому что ты обрел свою.
Обрел свою. Как просто. И как неочевидно.
— То есть, пока я не умел принимать решения, вы считали себя не вправе что-то решать за меня?
Легкий кивок:
— Примерно так.
— И вам обязательно нужно было меня вырастить и выучить, а потом заставить сделать правильный выбор?
— Разве тебя вообще заставляли что-то делать?
— Но…
— Мы изложили факты и дали ряд поверхностных оценок. Набросков, так сказать. Ты мог выбирать, а мог еще многие и многие годы избегать выбора. Разве мы настаивали на скором решении?
— Тогда зачем найо и все остальное?
— Многоликие — всего лишь еще один кусочек мозаики, Джерон. Еще один завиток узора. Почему ты решил, что они опасны для тебя?
— Потому, что ты сказала…
— М-м-м-м-м! — Тетушка принюхалась к ароматам, доносящимся с кухни. — Пирог, похоже, готов, и я не могу отказаться от удовольствия первой вскрыть его чрево… У тебя будет еще возможность все вспомнить и взглянуть на прошлое свежим взглядом. После поговорим.
Пирога, кстати, мне тогда не досталось. Потому что я всерьез углубился в воспоминания и размышления, следуя совету Тилирит.
По здравому и тщательному рассуждению слова тетушки