Когда твоей заботе поручают не пядь земли, не город и даже не страну, а целый мир, появляется законный повод для гордости. Когда в твои руки попадают черепки сосуда чужой судьбы, возникает непреодолимое желание сложить из них новый, лучше прежнего. Доброе слово сглаживает острые грани, суровое — скалывает выступающие края, мозаика вновь сотворенных путей растет и ширится, не предвещая странникам бед и напастей. Но если увлечься игрой на поле жизни других, рискуешь не заметить, как от твоей собственной останутся одни лишь осколки…
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
я упрекал тебя в характере?
«А в чем же?..»
В манере поведения: она могла бы быть и помягче.
«Грубиян!..»
На сей раз молчание больше не нарушается, и я могу с чистой совестью вернуться к беседе с кузеном, который делает вид, что не заметил моего кратковременного «отсутствия»:
— Так вот, основной и изначальной целью некромантии было восстановление связей с умершими. В основном, ради получения информации, а также для обеспечения заступничества перед иными сферами и прочей выгоды, духам ничего не стоящей, а живым облегчающей жизнь очень и очень существенно. Но, как говорят, аппетит приходит во время еды: маги не смогли остановиться на достигнутом. Если подчинен дух, то почему бы не взяться за освободившуюся оболочку? Тысячи проб и ошибок понадобились, чтобы восстал первый из мертвецов, а потом пошло-поехало… В иные годы целые армии трупов маршировали по земле. Но это было давно. Очень давно.
— Что же, сейчас никто не пытается создать мертвое воинство?
— Судя по твоим свидетельствам, как раз пытается, — сдвинул брови Ксо. — И это не может не беспокоить. Если кто-то снова найдет способ поднимать покойников с наименьшими затратами Силы… Мир могут потрясти перемены. Большие.
— Так чего же вы ждете? Найдите этих злоумышленников и уничтожьте.
— Уничтожить? — Горькая усмешка. — Мы не можем вмешиваться, пока не затронуты наши судьбы. Такова воля Пресветлой Владычицы. И в конечно счете, она права: каждый должен заниматься своим делом. Жить своей жизнью. Иначе Нити спутаются, и воцарится хаос.
— Значит, ты оставишь все, как есть?
— Я — да. Ты — нет.
— Как сие понимать?
— Когда ты первый раз услышал о некромантах?
Я задумался.
— Пожалуй… Только когда посещал Северный Шем. Когда встречался с матерью Ирм.
— Совсем недавно, верно? И спустя малое время ты снова сталкиваешься с той же проблемой, но теперь уже лицом к лицу.
Позволяю себе усомниться:
— Той ли?
— Думаю, ты скоро это узнаешь, — успокоил кузен.
— То есть?
— Если мир стелет тебе под ноги именно эту дорогу, ты рано или поздно пройдешь ее до конца.
— Как-то не хочется.
— А что тебя смущает?
— М-м-м-м… Трупы никогда не казались мне приятным окружением.
Ксаррон расхохотался.
— Ничего, пообщаешься с ними потеснее, поймешь, какие они милые и кроткие создания!
— Милые? То-то нигде нет упоминаний о том, чтобы женщины занимались некромантией!
Изумруды глаз лукаво вспыхнули:
— О, вовсе не из брезгливости! Некромантия суть что? Кукловодство.
— И что? Женщины обожают играть в куклы.
— Обожают, — кивнул Ксо. — Но играть живыми куклами куда интереснее!
Стопка книг со стоном упала на стол. Чуть-чуть не в недоеденный мной завтрак.
— У тебя есть пара дней, чтобы это пролистать, — довольно сообщил кузен, отряхивая ладони от библиотечной пыли.
— Пара дней? — Я осмотрел предложенное поле деятельности. — Не получится. Неделя, не меньше.
Ксаррон наклонился ко мне и заговорщицки прошептал:
— Я сделал пометки в особенно интересных местах.
— Магрит тебя убьет.
— Если узнает.
— Непременно узнает, потому что я не хочу получить нагоняй за порчу книг.
— Какой ты вредный, — притворно вздохнул кузен. — Но больше двух дней у тебя все равно не будет.
— Почему?
Ксо умильно улыбается.
— Потому что мне пора возвращаться к своему детищу. И тебе — тоже!
— Какому детищу?
Решительно ничего не понимаю. И даже не пытаюсь понимать.
— Я и так надолго оставил Академию без присмотра, а там ребята прыткие: за ними глаз да глаз нужен.
— И причем здесь я? У тебя, насколько понимаю, оба глаза на месте.
— Джерон, твое умение прикидываться идиотом — еще не повод идиотничать в разговоре с нежно любимым родственником!
Обвиняющий взгляд дополнился легким тычком указательного пальца в мою грудь.
— Ксо, я не в настроении шутить. Скажи прямо: что тебе нужно?
Кузен положил локти на стопку книг и подпер подбородок сплетенными пальцами.
— Хорошо, намекну. Имя Рогар тебе о чем-нибудь говорит?
— Допустим.
— А связывающие всех нас имущественные отношения? Забыл?
— Нет.
— Как ты думаешь, надо хоть изредка выполнять обязанности, если уж ты ими обзавелся?
Я откинулся на спинку кресла.
— Как все не вовремя…
— Дела никогда не случаются вовремя. Особенно неотложные, — тяжелый вздох. — Так что, полистай книги, а послезавтра утром жду тебя у входа в Поток.
Ксаррон подмигнул, повернулся на каблуках, заставляя медовый водопад волос взвиться роскошной волной, и выскользнул