Особняк с видом на безумие

делах! Главным предприятием в Осташкове является кожевенный завод. Только мне и самой не очень понятно, почему основной его продукцией считается биологическая очистка сточных вод. Наверное, шкуру уже снимать не с кого, а сточных вод за столетия до фига накопилось. Юль, ты со мной не согласна? – рискнула я на нее взглянуть. Она смотрела на пустую чашку и чайной ложечкой гоняла по тарелке крошки от торта. Но, надо отдать справедливость, что на каждый мой вопрос девушка добросовестно мычала: «Угу». Как и ожидалось, на лицах дочери и Натальи читалось полнейшее изумление, разбавленное недоумением. – У меня очень хорошая память, – пояснила я, но выражение их лиц не изменилось. – Могу еще кое-что дополнить, мне нетрудно: в Осташкове, налево от конца набережной, есть своя Америка – своеобразный деревянный район. Асправа – Франция. Район с каменными домами. Правда, Юль?
Та важно кивнула и подкрепила сие действо словами:
– Совершенно верно: Америка и Франция.
– Вот только осталось неразгаданным название Осташкова, но я помыслила и пришла к выводу, что оно происходит от слова «остался» или «оставшийся» – то есть город, который все равно выжил, назло всем напастям. На правильность не претендую. Просто мне нравится эта версия.
– Ты меня удивляешь все больше и больше. Откуда у тебя такие сведения? – подозрительно спросила Наташка.
– Реинкарнация! – догадалась Алена. – Просто шесть веков назад маменька была тем самым Евстафием, которому удалось не сгореть в огне пожара. С тех пор она заодно и в воде не тонет.
– Ну это как сказать, – возразила Наташка. – Когда хочет – тонет, когда не хочет – не тонет. Но в целом ей легче утопить лодку, чем утонуть самой. – Наташка запнулась, испугавшись, что вернулась к неприятной для Юльки темы. – Давайте решим, будем нашим звонить с утра или дождемся, пока они о нас сами вспомнят?
– Решили же устроить им сюрприз, – напомнила Алена. – Вот и пусть сами названивают. Ой, смотрите, наша бабушка носом клюет! Сейчас головой об стол шарахнется! – Дочь вскочила с места и кинулась к Наине Андреевне.
Та, разбуженная ее воплями, моментально встрепенулась и тихо спросила, когда же мы будем обедать? Юлька осторожно стащила ее со стула и повела в комнату. С другого бока ей помогала Алена.
– Полагаю, твои сведения об Осташкове добыты у спасателя в процессе выволакивания тебя из воды? – усмехаясь, спросила Наташка. – Надо же, каков нынче сервис! Такое фиг забудешь!
– Да! – гордо подтвердила я. – И могу со всей определенностью сказать: эти знания отнюдь не лишние. Они привели меня к определенному выводу.
Наталья удивленно вскинула на меня очки. Они съехали у нее на нос, когда она попыталась отхлебнуть из чашки чай, пришлось сдвинуть их на лоб и только потом поднять голову. Очки, как дрессированные, заняли положенное им место. Я не стала морочить голову подруге и пояснила, что в славном городе Осташкове никогда не было района каменных построек, именуемого Францией. Вся заграница – одна деревянная Америка, да и только. И это хорошо известно всем осташковцам – от мала до велика.
– Что же здесь такое творится? – пробормотала Наташка, снимая очки и протирая их бумажной салфеткой.
– Боюсь, что уже сотворено, – вздохнула я. – Мне нужна твоя помощь. Юлька шарахается от меня как от прокаженной. Боится, я кое-что поняла, но старается вида не показывать. Попробуй выяснить у нее моменты, связанные с работой Валерия. Девица наверняка имеет прямое отношение к его фирме. Скорее всего бизнес является общим. Ну… и вообще – планы на будущее. Только аккуратненько, а то спугнешь. И еще – где и каким образом она познакомилась с Валерием.
– Скорей бы уж рассвело! – забеспокоилась Наташка. – Хотя еще и не вечерело… – Она встала и, выглянув в окно, закрыла его, проверив крепость шпингалетов. – Ты мне еще не объяснила, зачем собираешься в ночной поход к Дэну? Думаешь, среди ночи, не видя тебя впритык, он будет с тобой любезнее?
– Надо кое-что проверить, – коротко пояснила я. – Да это не страшно… – и замолчала, вспомнив застывшие заячьи глаза. – Ты не знаешь, кабаны умеют плавать?
– Извини, я живу в другом стаде и привычек этих свиней не знаю.
– Я тоже. Может быть, они не любят гулять при луне по берегу озера? Думаю, если взять твой фонарик…
– Зачем? У тебя теперь свой есть. – Наташка недвусмысленно посмотрела прищуренным глазом на мой фингал. Я невольно потрогала его руками и поморщилась. – А если к нему добавить мой! Настанет сплошная белая ночь. Твой спасатель будет в восторге. Сразу поймет, что мы к нему с самыми серьезными намерениями…
– Хватит ржать, – повысила я голос. – Нужен мне этот спасатель, как татаро-монгольское иго!