Кто сказал, что бедная сирота не может получить приличного образования в Северске? Не приняла вас Академия магов? Поступайте в Школу Ведьм и Чаровниц! Не нравится летать под полной луной? Что ж, высшее учебное заведение для навьих тварей примет вас не менее радушно, с радостью распахнув не только двери Великой Школы Архона, но и свои клыкасто-зубастые объятия.
Авторы: Вересень Мария
что я не могу выйти замуж за своего братика, с которым поделилась кровью! И вообще, — я всхлипнула, обида снова сжала горло, и слезы потоком хлынули из глаз, — я ни за кого теперь не выйду! Я-бо-оги-иня! Кому я нужна-а!
— Вот, дали боги подруг! — выругалась Алия, жалуясь всем присутствующим за дверью. — Одна — императрица, вторая — богиня! Нянькайся с ними!
— Госпожа ученица, — попытался приструнить меня Феофилакт Транквиллинович. — То, что вы стали богиней тайных знаний, чар и магии, еще не делает вас чем-то исключительным! Не надо к этому так относиться, это великий дар, а не уродство.
— Уро-одство! — по новой завыла я. В окошко, забаррикадированное мной, осторожно постучали:
— Эй! Госпожа богиня. — Я узнала голос Мефодия, да что там узнала! Я его просто видела, чувствовала, как собственные ручки, пальчики, ноготки, его, фон Птица, стоящего рядом, весь их чертов Конклав, мающийся в парке.
— Вам-то чего? — заревела я.
— Как «чего»?! — удивился Мефодий, видимо решивший быть делегатом от всех магов, фон Птицу обращаться к новой богине было как острый нож по сердцу — гордость его душила. Как и Велия, который, едва поняв, в чем дело, повернулся и ушел прочь, давя кусты и не разбирая дороги, напоследок одарив таким взглядом, что я сразу поняла — все между нами кончено.
— У нас магия уже два дня как не работает! — верещал между тем дружок фон Птица. — Что делать-то прикажете?
— Вешаться! — Надоел он мне до зубовной боли. Только решила посидеть в одиночестве, собраться с мыслями, так нет, набежали, мешают, лезут с просьбами, советами, два дня, и даже ночью!
— Всем? — уточнил Мефодий. Но на него закричал, замахал руками выскочивший на улицу директор:
— Вы чего к ребенку пристали в такое время, не видите, что у нее просто шок!
— Верелея, я безумно тебя люблю, с первого дня буквально, вот как увидел тебя в Белых Столбах, так сердце и екнуло! — прорезался снова Велий, видать, побегал по этажам, успокоился.
— Верея, не будь дурой! — голосила овечка. — Яви себя людям!
— Леди Верея, может, не стоит прямо сейчас разрывать помолвку? — не унимался лорд Аквил. — Сила, которой вы наделили нашего сына, просто чудовищна и непонятна, но положение в государстве все еще шаткое…
— Боятся они меня, — с ухмылкой сказал появившийся прямо посреди комнаты Аэрон, я воззрилась на него как на привидение. — Осваиваю твои подарки. — Он протянул мне букетик цветочков.
— Давайте перенесем срок свадьбы, ну, еще на год, пока вы не успокоитесь, не придете в себя, — надсаживалась уже на два голоса чета вампиров.
— Пап, мам, я здесь, — обрадовал их сыночек. Вампиры смолкли, я прислушалась:
— Похоже, ушли.
Но тут стала выбивать двери Алия.
— Это дискриминация! Почему вампиру можно, а мне, лучшей подруге, нельзя?! — И стала перечислять все то, что она оторвет мне, когда я соизволю появиться.
— Верея, а овечка про тебя новую пакость сочинила! — попробовал выманить меня хитростью Гомункул. — Про рыжую Игруницу и Зорю-богатыря! — Он охнул — забыл, видимо, о хитрости предупредить Зорю.
— Хозяйка, — прогудел детина, — мне их всех повыкидывать или как?
Выкинули его.
— Слушай, а что ты на капище не спрячешься? — удивился Аэрон, плюхаясь на кровать.
— Чтобы тетки с дядьками доставали?
— Ну уж лучше они, чем сразу все.
— Ага? А вдруг они там не одни, а с этими… — я потыкала пальцем в потолок, — из Ирия? Я боюсь.
Аэрон тоже с интересом посмотрел на потолок, а потом, приобняв, встряхнул:
— Выдюжим! Где наша не пропадала!
— Везде пропадала! — согласилась я.
Перед нашими очами весь в сияющих доспехах и с огромным волнообразным мечом возник Анжело и весело поинтересовался:
— Ну что? Когда идем Ирий сокрушать? Войско готово.
— Сдурел?! — выпучилась на него я.
— Не идем, — сразу поник демон, стягивая доспехи. — А я уже всех оповестил, армию собрал…
Я швырнула в него Аэроновым букетиком, который он поймал, робко поинтересовавшись:
— А может, все-таки грянем дружно? Там этот Ирий сколупнуть, что козявку в носу!
— Иди, — с нажимом сказал Аэрон, я благодарно на него посмотрела. Демон, недовольно крякнув, просочился сквозь дверь, вызвав визг с той стороны.
— Ну вот, из Ирия тебя точно не побеспокоят, — утешил меня Аэрон. — Они там все заняты — к обороне готовятся.
— Ты можешь, конечно, обижаться, я тебя понимаю, я свинья, — снова принялась каяться ракушка.
Аэрон закатил глаза, а я показала ему кулак, чтобы не смел ржать.
— Ну давай не будем рвать, что между нами было, из-за какой-то глупости, из-за одной нелепой ошибки.
