Особо опасная ведьма

что домовая не просто показалась на глаза обитателям дома, но еще и принялась готовить и убирать днем, а не ночью, как это принято. По крайней мере ясно, что она сирота: семьи домовых редко разлучаются, а если бы у нее были родственники, они никогда бы не потерпели такого грубого нарушения всех правил и заветов предков.
– Ну я поела, – сообщила я и встала из-за стола, счастливая оттого, что не надо мыть посуду: деньги да помощь всегда обижали домовых, если помощь, конечно, оказана в их время. Оттого ночью никто и не прибирает.
Паша тоже вскочил как ошпаренный, долго и пространно благодарил Ниту за вкусный обед и чуть не упал, споткнувшись о порог кухни, поскольку зачем-то пятился к выходу. После чего сильно покраснел, впрочем, как и она, и буквально вылетел одеваться, нам ведь еще надо было идти в город.
– Ну а теперь говори. – Я снова села, напустив на себя суровый вид опытной ведуньи.
Коша под столом почему-то захихикал, но я ему наступила на хвост, и он с воплями удалился. Девушка удивленно посмотрела ему вслед.
– Да хватит краснеть как маков цвет. – Я проницательно ей подмигнула, она смотрела на меня как-то странно; может, я что не так говорю? – Слушай, зачем ты ему показалась, я понимаю: по нраву пришелся, – н-да, а я-то думала, что дальше краснеть невозможно, – но ведьме-то ты зачем на глаза вылезла? Значит, просьба есть. Какая? Так что не ломай дурочку и говори, что надо.
Коша по-пластунски вполз обратно, под нашими удивленными взглядами заполз под стол и там зверски укусил меня за ногу. Я заорала, Нита захихикала, а Коша пулей вылетел за дверь, уже там крикнув:
– Получилось! Всё, как ты говорил!
Ну доберусь я до него – мало не покажется!
– Хочу стать человеком, – сказала Нита.
Я как встала, так и села, забыв про Кошу. Ни фига себе, а я-то думала, что она просто хочет рабочую ночь на день заменить. О чем ей и сказала.
Пунцовая девушка отрицательно качнула головой и пояснила:
– Ребеночка от него хочу, замуж выйти.
– Именно в такой последовательности? – уточила я.
Нет, я, конечно, помню, что домовые если и влюбляются, то раз и на всю жизнь, но чтобы вот так сразу, да еще и в Пашку… хотя… девочка явно сирота, плюс Пашка – пришелец, то есть записанные в инстинкты заклинания не срабатывают… гм…
У Ниты был такой вид, будто от смущения она сейчас либо упадет в обморок, либо исчезнет.
– Нет, не в этой… но… ты можешь? Я щедро заплачу, правда. – И перед моим удивленным носом на столе появилась довольно внушительная горка золота. – Этого хватит? – робко поинтересовалась Нита, напуганная моим молчанием.
Я осторожно кивнула, трогая горку.
– Ни фига себе! – Коша залез на стол и тоже полез пощупать. Горка тут же исчезла. – Глюк, – расстроился Коша. – Эх, нет в жизни щасья! – И улетел.
Я напряженно прислушалась, не раздадутся ли за дверью какие звуки, но там было тихо. Нита смотрела на меня как на великую колдунью, которая мановением волшебной палочки может превратить домового в человека, причем с закрытыми глазами и стоя на одной ноге.
Я с умным видом почесала нос.
– Ладно, я подумаю.
Сверкание счастливых искристых глаз и смачный поцелуй, запечатленный на щеке.
– Целуются, – страшный шепот у двери.
Скосив глаза, я увидела мордочку Коши, напряженно за нами наблюдающего. Поняв, что его заметили, он мне широко улыбнулся и скрылся с глаз. Я засопела.
– А когда?
– Чего когда?
Девушка застенчиво теребила край фартука, наматывая его на палец.
– А-а-а, когда колдовать буду?
Напряженный кивок.
– Ну так когда твой суженый согласится на то, чтобы взять тебя в жены, не раньше.
– Он согласен! – заорал Коша, вбегая к нам, весь счастливый, но тут из-за косяка к нему потянулась знакомая рука, схватила его за хвост, и он, пискнув от удивления, скрылся за дверью.
Шум, гам, вопли «на помощь!». Мы с Нитой, переглянувшись, рванули туда и застали удивительную картину: черный тигр прижимал Кошу за крылья к полу, а Пашка активно запихивал ему в рот кляп, правда, Коша кашлял пламенем, и кляп все время сгорал, но Пашка не сдавался, держа в руках уже конец моего бывшего полотенца.
– Так! Что здесь происходит?!
Нита засмеялась, Паша покраснел, а Коша вырвался и начал летать под потолком, сообщая нам, кто мы есть на самом деле. Я пригрозила его сбить фаерболом, дракоша тут же заткнулся и даже попытался извиниться, правда, только передо мной, да и то в порядке исключения.
– Вы же хотели сегодня идти искать работу, – тихонько напомнила Нита.
Я даже не удивилась, ведь домовым и положено все знать, небось всю ночь около Пашки провела, привораживала, а утром сменила свое обличье на это, сильно напоминающее человеческое.