Останься со мной…

для чего меня нужно было выдергивать из штатов на неделю раньше? — спокойно спросил Сашка.
— Подробности я тебе дома расскажу, но, если кратко основная причина — это Слава, моя сестра. Нужен человек, который сможет за неё присмотреть.
— И что, у вас так тяжело найти телохранителя? — Резонно удивился Дрот. — Ну, или няньку…
— Нет, тяжело найти человека, который справится с моей сестренкой, ты все поймешь когда с ней познакомишься, — закончил я свою речь, улыбаясь как законченный садист. «М-да вот будет весело посмотреть, как эти двое себя поведут», — подумал я, подъезжая к Славкиной подруге.
Не успели мы припарковаться, как позвонил Матвей с кратким рассказом о жизни семьи Тихоновых. Поблагодарив его за расторопность, решил вспомнить юность шальную и обратился к сидящему рядом другу:
— Ну что, тряхнем старыми костями?
— Вот вечно у тебя идеи ненормальные, — вздохнул Санек, но покорно полез из машины.
Поставив тачку на сигнализацию, мы вошли в подъезд.
— М-да, а российские подъезды и дороги неизменны, — произнес Дрот, поднимаясь на третий этаж.
— Ну так, они уже тридцать лет такие, или думал, что к твоему приезду тут все покрасят и красный половичок приготовят?

Радислава Меньшикова.
Поговорив с братом, заставила Ангелину позвонить матери и попросить ту собрать ее вещи. Мамаша моей новой подруги несколько минут орала на тему, какая Ангелина шлюха, стерва и тому подобное, но узнав, что она от них уезжает, успокоилась и согласилась выполнить просьбу. Слава Богу, еще секунда и я бы сама взяла в руки телефон, чтобы рассказать непутевой родительнице всю её родословную!
— Сочувствую, — проговорила я, сворачивая на дорогу к коттеджному поселку.
— Чего уж там, — ответила Лина, и откинулась на сидение, прикрыв глаза. — Голова болит ужасно. Ничего, если мы немного помолчим?
— Хорошо, — согласилась я, зная, как больно терять близких людей. А когда они от тебя просто отказываются, это, наверное, вообще невыносимо.
Когда подъехала к дому, Лину пришлось будить — за прошедшие двадцать минут она успела задремала.
Во дворе нашего дома, как всегда в последние месяцы, пусто. Нет, клумбы с цветами так и стоят, сауна тоже на месте, да и беседка на заднем дворе вроде никуда не делась, но тут как-то… не так. Помотала головой, прогоняя эти мысли.
Поставив машину в гараж, я по быстрому устроила Ангелине экскурсию.
— Спать нам с тобой сегодня придется в одной комнате. Вообще, конечно, ты займешь гостевую, но так как к брату приехал друг, я очень сомневаюсь, что они захотят ночевать в одной постели. Дружок брата стопроцентно займет свободную комнату, ну, а мы, девочки, прекрасно уместимся в одной.
Все это, я говорила, пока вела свою… подругу, — никак не привыкну к такому слову, — в мою комнату, дабы она могла принять душ.
— Слав, прости, мне вообще-то все равно, но ведь красная спальня тоже вроде нежилая?
Черт! Конечно нежилая, там уже несколько месяцев никого не было! Мама вообще любила яркие цвета и креативные решения, потому их комната пламенела насыщенно-бордовыми оттенками и пурпуром.
— Это спальня отца и матери, и мы с братом не любим там бывать.
— Ясно. Прости, я не знала…
— Все, успокойся, и не нужно извиняться! Хорошо? Пошли, дам тебе вещи, чтобы переодеться, и покажу, где душ.
Лина кивнула, и мы зашли в мою комнату, по пути я показала ей, все прочие помещения.
Моя спальня была мягкого кофейного цвета, из мебели — кровать, стол с ноутом, шкаф и две прикроватных тумбочки. Подоконник был сделан как диван — большой и широкий, с множеством подушек. Цвет мебели я выбирала светлый, не совсем белый, а скорее топлено молока.
Подойдя к шкафу, достала шорты и топ для Лины, а себе взяла футболку брата. А что, я в ней люблю по дому гулять, ну и что с того, что она на три размера больше, зато удобно. К ней добавила легкие спортивные шорты на широкой резинке.
— Так, это тебе, — протянула вещи Ангелине, и открыла двери в ванную комнату. — Иди, хочешь в душ, хочешь в ванну, а я пошла у брата в комнате помоюсь. Да, и как выйдешь, спускайся сразу на кухню, я подойду, и начнем готовить ужин, ладно?
— Да, конечно. И Слава…
Я обернулась, стоя в дверях.
— Спасибо, за все.
— Сочтемся. Давай шевелись, у меня братишка поесть любит, а когда он голодный, то становится не выносимым.
С этими словами, пошла в комнату брата. У него здесь все либо стального цвета, либо черного с белым вперемежку. У меня от его комнаты опять в глазах зарябило, уж очень сильный контраст. Как он ещё с ума не сошел от такого психоделического сочетания?
Быстро