Меня всегда считали той самой «золотой молодежью». Успешный бизнес родителей, хорошая машина, возможность получить лучшее образование. А что, если родителей не станет, а брату угрожают из-за наследства? Что делать дальше — плыть по течению, постепенно разрушая свою жизнь, или попытаться выбраться? Иногда одно решение меняет всю жизнь, и я его сделала…
Авторы: Борисова Виктория Александровна, Шульгина Анна
Лина, которая в тот момент была чуть ли не бледнее самого раненого, заторможено кивнула.
— И не смей падать в обморок, слышишь! Даньке сейчас нужна твоя помощь.
— Не буду, — прошептала она почти синими губами и плотнее придавила к его груди тканью.
— Если у него изо рта пойдет кровавая пена, скажи мне, поняла?
— Я поняла. Саш, помоги, пожалуйста…
Я тем временем набрал номер «Скорой», пытаясь объяснить дежурной, что у Даньки именно огнестрел, а не просто живот схватило.
— А вы уверены? — монотонный неторопливый голос рождал желание грохнуть мобильник о стену, но пришлось сдержаться.
— Да, уверен, ранение в левое плечо, он без сознания.
— Хорошо, машина приедет минут через пятнадцать, — она бы ещё зевнула в конце!
— Саш, что они сказали? — Лина пыталась собраться и не впасть в истерику, но с каждой минутой это давалось ей все сложнее.
— Скоро будут, — я оглянулся на нападавших, вроде никто признаков жизни не подает, но кто знает…
— Может, лучше самим его отвезти?
— Нет, не нужно трогать, мы же не знаем, какие там внутренние повреждения. Сиди пока здесь, я проверю дом. Если что — кричи.
— Я поняла… — девушка не отводила глаз от лица Данила, до крови кусая губы, чтобы не расплакаться.
Ангелина Тихонова.
— Данечка, хороший мой, открой глаза.
Данил все также был без сознания, футболка, которую дал мне Саша, постепенно пропитывалась кровью. Боженька, пожалуйста, пусть с Данилом все будет хорошо, я не переживу, если с ним что-нибудь случиться…
Когда услышала выстрел, из меня как будто весь воздух выпустили. Не помню, что было дальше, соображать начала, когда Саша на меня гаркнул.
Следующий час прошел как в тумане. После того как Дротик ушел, я сидела какое-то время рядом с Даней, вцепившись в окровавленную футболку и пытаясь молиться, а потом приехала «Скорая». Ко мне подбежала Слава, бледная и с мокрыми глазами, Саша постарался ее оттащить от меня и Данила, но подруга только шипела, вырывалась и орала, что убьет Сашку, если он опять ее тронет.
Не обращая на нее внимания, я поднялась следом за врачом «Скорой». Краем глаза заметила, что в коридор вбежал бледный Матвей. Слава почти сразу кинулась к нему и что-то начала говорить. Дротик что-то недовольно прошипел и оттащил Славу к себе. Я слегка улыбнулась, даже в такой ситуации у ребят все по-старому, есть в мире что-то неизменное…
— Девушка, вы с нами? — фельдшер присоединял какие-то приборы к рукам Данила, не особо отвлекаясь на нас. — Если да, тогда поторопитесь.
Кивнув, я быстро поднялась с колен, и пошла вслед за носилками. Слава, увидев такое дело, подбежала ко мне, Сашка и Матвей, воспользовавшись её отсутствием, тихо о чем-то заговорили.
— Лин, может, останешься? — подруга была явно испугана и не знала, то делать. — Ты сама едва на ногах стоишь!
— Я поеду, — я испытывала почти физическую необходимость быть с Даней.
— Хорошо, мы остаемся, как только все здесь уладим, подъедем на место.
Кивнув, я села в машину «Скорой». До больницы доехали быстро. Если сначала врач особо сильно не спешила, то в приемном покое все как-то резко закрутилось, мельтешение, суета… А я смотрела на свои руки, испачканные кровь Данила. Слезы снова побежали по щекам. Врач испытывающее глянула на меня, явно не желая возиться ещё и с припадочной.
— Девушка, может вам дать успокоительное?
— Нннет, все хорошо, — прозаикалась я, стараясь сдержать рыдания.
— Тогда прекратите реветь, все с ним нормально будет. Показатели стабильные, парень молодой, организм сильный. Подлатают, и будет, как новенький, — немного устало улыбнулась она.
— Почему он все время был без сознания?
— Сначала от шока и кровопотери, а потом я ему ввела ему препарат. Зачем ему сейчас быть в сознание и чувствовать боль?
Разумно. Я снова замолчала.
Я успела досконально изучить все трещинки в коридоре и рассмотреть каждую елку в парке за окном, а Даня все ещё был в операционной. Время тянулось, как резиновое, хоть на стенку лезь. Врач подошел спустя ещё два часа.
— Вы Тихонова?
— Да.
Я резко поднялась с корточек и оттолкнулась от выкрашенной в зеленый цвет стены.
— Меньшикова перевели в палату интенсивной терапии. Сейчас он отдыхает, можете завтра его проведать, — спокойно сказал он. Вот только уезжать я никуда не собиралась.
— Я хочу к нему.
— Девушка, послу…
— Нет! Пожалуйста, вы не понимаете, мне очень нужно!
— Туда пускают только родственников, — хирург устало потер лоб, и мне даже стало немного стыдно. Совсем чуть-чуть.
— Я его невеста!
