Меня всегда считали той самой «золотой молодежью». Успешный бизнес родителей, хорошая машина, возможность получить лучшее образование. А что, если родителей не станет, а брату угрожают из-за наследства? Что делать дальше — плыть по течению, постепенно разрушая свою жизнь, или попытаться выбраться? Иногда одно решение меняет всю жизнь, и я его сделала…
Авторы: Борисова Виктория Александровна, Шульгина Анна
Еще несколько минут мы вяло спорили и переругивались, после чего он сдался. Меня проводили в палату. Данил лежал, не двигаясь, и было в этом то-то страшное… Молодая медсестра сочувственно мне улыбнулась, и вышла. Я присела на стул рядом с кроватью, и, взяв большую ладонь Данила, снова разревелась. Не знаю, сколько просидела, размазывая слезы и икая от рыданий, когда его пальцы легко сжали мое запястье.
— Ангел, все нормально, — сквозь всхлипы услышала я голос Даника. Резко вскинув голову, увидела бледную тень улыбки на усталом лице. — Бывало страшнее, не плачь.
— Все хорошо, любимый, ты только не говори, тебе отдыхать нужно, — скороговоркой зачастила я, одновременно стараясь говорить уверенно и не шмыгать носом.
— Как ты меня назвала?
— Любимый, — попыталась растянуть губы в улыбке, но все равно ничего не получалось. — Я тебя очень люблю, и сильно испугалась там…
— Т-шш, все хорошо, не плачь.
— Спи, тебе нужно отдохнуть.
— Не уйдешь? — было заметно, что говорить ему все труднее.
— Нет, конечно. Куда я теперь от тебя денусь…
Даник медленно прикрыл глаза и через минуту глубоко и размеренно задышал, провалившись в сон. Я же тихо сидела рядом, и думала о том, что никогда еще не была так сильно благодарна Господу Богу.
Радислава Меньшикова.
— Все нормально.
Слова Матвея немного ослабили натянутую до звона струну в груди, которая могла лопнуть от малейшего движения или звука. Я все это время сидела на диване и пыталась не зареветь. Вспомнив все что случилось, снова вздрогнула. Когда Сашка, наконец, открыл дверь ванной, я хотела его убить. Вот только он не позволил мне отвлекаться на всякую ерунду. Узнав, что Данька ранен, сломя голову кинулась вниз. Уже не помню, в какой именно момент меня отодрали от брата, и что я тогда говорила. Увидев Матвея, повисла на нем, он всегда понимал меня лучше всех. Если с Даней бы что-нибудь случилось, я бы не пережила. Кроме него у меня никого не осталось.
— Лина с ним в палате, — услышала я конец фразы Моти.
— Понятно, — вздохнул Сашка и посмотрел на меня. Я же не сводила глаз с друга.
— Что с… Давидом? — назвать его дядей язык не поворачивался.
— Пуля попала в сердце, смерть почти мгновенная. Его сына и пособников сейчас допрашивают, — ответил Матвей. — Мне нужно кое-что сделать, так что я поехал. Слав, можно тебя на пару слов?
Когда я выходила с другом, на Сашку старалась не смотреть. Конечно, с одной стороны я понимала, что он ревнует, но с другой… ну, нельзя относиться ко мне, как к ребенку! Я что, по его мнению, полезла бы под пули?!
Мы с Матвеем зашли на кухню, и он резко повернулся ко мне.
— Слав, у меня послезавтра поезд в Москву. Я хотел попрощаться с тобой. Знаю, что вел себя, как идиот, но я люблю тебя по-прежнему, если когда-нибудь… Если нужна будет помощь, только скажи, — с этими словами он нежно поцеловал меня в лоб и вышел, а я осталась стоять.
Вот и все. Матвей уехал, Сашка, наверно, тоже скоро уедет от меня. Данька в больнице… На глаза невольно выступили тщательно сдерживаемые слезы. Не слышала, как Саша зашел на кухню, только почувствовала, как меня обнимают и поворачивают.
— Маленькая, не плачь, все уже закончилось, — шепот Сашки только усилил мои рыдания. — С Данилом все нормально будет, твой брат сильный, все будет хорошо.
— Зззннааююю, — провыла я, растираясь ладошкой слезы по щекам.
— А что тогда? — спросил Саня, заглядывая мне в глаза.
— Ты жжже теперрь уедешь, — чудесно, теперь икаем… Осталось только высморкаться ему в шею… Пусть я буду дурой, но промолчать не смогла.
— Кто тебе сказал такую глупость? — нахмурился Саша.
— Но ты ведь живешь в Штатах?
— Жил, — Саша осторожно заглянул мне в глаза. Правильно, я же сейчас страшнющая, после рыданий, к такому нужно готовиться постепенно… — А сейчас я живу в России. К тому же, я тебя никуда не отпущу, и если и уеду, то только с тобой, ясно?
— Угу.
— Слава, я тебя люблю, и бросать не собираюсь, наоборот, думаю, как бы мне сделать тебе предложение, чтобы ты сама от меня не сбежала.
— Не дождешься…
— Ну, раз мы все решили, нужно съездить в больницу к твоему брату и моему шурину. Надеюсь, что этот герой уже пришел в себя.
— Угу, только рубашку надень, хватит уже полуголым бегать, — черт, а я, оказывается, ревнивая…
