Частное расследование ужасной авиакатастрофы, которое проводит единственный уцелевший член экипажа, приоткрывает завесу тайны еще более страшной, чем трагедия этого авиарейса. Герой романа вступает в битву с абсолютным ЗЛОМ, исход которой неясен до самого конца.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
лохмотьями, а ее белые короткие носочки были порваны и покрыты копотью. Туфелек на ногах не было вообще.
Мучительный крик вырвался у него из груди, когда он увидел, что у девочки нет лица; там, где должны были быть рот, нос и глаза, зияла одна огромная обожженная рана.
Он зацепился за блестящий рельс и неловко упал на спину, ударившись головой о параллельный рельс, и в тот же миг свет померк в его глазах. Он лежал оглушенный, неспособный даже пошевелиться, его сознание почти не воспринимало нарастающую вибрацию рельсов, хотя все его чувства говорили ему, что этот гул, который становился все громче и громче, несет с собой смерть. Но какая-то малая часть его сознания с вожделением ждала этого момента. В конечном итоге, ну что такого замечательного было в этой жизни?
Машинист слишком поздно заметил мальчика, так неловко лежащего поперек рельсов. Он мгновенно отключил двигатели и применил экстренное торможение, но локомотив уже переехал тучное тело мальчишки.
Это был маленький стандартный дом, ничем не отличавшийся от других домов, выстроившихся по обе стороны длинной и узкой улицы. Коричневая краска на двери потрескалась и облупилась, обнажив нижний слой темно – зеленого цвета, в который она была окрашена много лет тому назад. Келлер уже в третий раз нетерпеливо нажал на кнопку дверного звонка, затем на всякий случай погремел почтовым ящиком, пытаясь привлечь внимание обитателей дома. Он уже готов был уйти, решив, что Хоббс вышел и в доме никого нет, когда из глубины дома до него долетел слабый звук. Где-то хлопнула дверь, и по длинному коридору зашаркали приближающиеся шаги. Глухой голос спросил:
– Кто там?
– Келлер, – ответил он, наклонившись к двери.
За дверью ненадолго воцарилась тишина, и затем он услышал звук отпираемого изнутри замка. Дверь приоткрылась на несколько сантиметров, и он снова увидел эти светло-серые глаза, разглядывающие его в образовавшуюся щелочку. В следующий момент дверь широко распахнулась, и на пороге перед ним возник Хоббс, лицо его не выражало никаких эмоций.
– Я знал, что рано или поздно, вы придете, – сказал он, отступив в сторону, жестом приглашая второго пилота войти. Хоббс закрыл на ним дверь, и коридор сразу погрузился в полумрак.
– Сюда, пожалуйста, – сказал он, открывая дверь слева.
Келлер вошел в комнату и невольно поморщился от слегка затхлого запаха давно не проветриваемого помещения, запаха одиночества и старости. Несомненно, эта комната не знала света. Хоббс бочком протиснулся мимо него и раздвинул тяжелые шторы; и все-таки оказавшиеся за ними кружевные занавески заметно приглушили яркость хлынувшего в окна света.
Попросив подождать, медиум скрылся за дверью и через пару секунд появился снова с наполовину опорожненной бутылкой джина и двумя стаканами.
– Присоединитесь ко мне? – спросил он, наливая солидную порцию в один из стаканов.
Келлер отрицательно покачал головой.
– Нет, спасибо.
– Если хотите, у меня есть виски.
Келлер снова отрицательно покачал головой.
Хоббс пожал плечами и быстро отпил из своего стакана. Второму пилоту стало ясно, что это уже не первый его стакан за сегодняшний день.
– Присаживайтесь, мистер Келлер.
Келлер опустился в стоящее в углу выцветшее, но удобное кресло, а медиум вытащил для себя стул из-за круглого покрытого тяжелой скатертью стола, стоящего посередине комнаты, и поставил его напротив кресла Келлера.
– Итак, вы все же поверили мне, – сказал он. – Что заставило вас изменить свое мнение?
– Я не уверен, что оно изменилось.
Хоббс молчал, ожидая продолжения.
– Дело… дело в самом городе, – неуверенно начал Келлер. – В Итоне стали происходить странные вещи. Все дело как раз в них и ни в чем ином.
– Странные вещи?
– Трое людей сегодня умерли один за другим, а еще двое, похоже, были напуганы до умопомрачения.
Хоббс прикончил свой джин; его серые пронзительные глаза неотрывно смотрели на Келлера.
– Эти… происшествия… как-нибудь связаны между собой?
– Ну, все они произошли неподалеку от места катастрофы. И мне кажется отнюдь не случайным, что все они произошли один за другим с разрывом в несколько часов и очень близко друг от друга.
– А как умерли эти трое?
– У одного случился инфаркт на реке, двое других выпали из окна.
– Что-то еще, мистер Келлер? Что-то, имеющее касательство лично к вам?
– Да, так, кое-какие ощущения.
– Да?
– Это очень неопределенно – я не знаю, что это такое. Ощущение дискомфорта? Может, вины.
– Почему вины?
Келлер сделал глубокий вдох и медленно
