Частное расследование ужасной авиакатастрофы, которое проводит единственный уцелевший член экипажа, приоткрывает завесу тайны еще более страшной, чем трагедия этого авиарейса. Герой романа вступает в битву с абсолютным ЗЛОМ, исход которой неясен до самого конца.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
заставили их вернуться в свои кровати, откуда те, кто мог, продолжали и дальше наблюдать за ходом событий из своих окон, в то время как остальные, возбужденные происшедшей трагедией, продолжали обсуждать ее до самого рассвета.
Директор с несколькими воспитателями и старшеклассниками вернулись на место катастрофы на случай, если вдруг понадобится их помощь, но полиция вежливо, но твердо попросила их вернуться обратно в Колледж и не мешать бригадам скорой помощи выполнять их нелегкую работу по сбору мертвых тел и поиску оторванных конечностей.
Для учеников (за исключением тех, которых против их воли забрали домой родители, не видевшие в катастрофе ничего хорошего и не желавшие, чтобы их отпрыски были свидетелями неизбежной рекламной шумихи вокруг нее) последующие дни были заполнены разговорами и предположениями о том, как и почему разбился Боинг. Через несколько недель то состояние подъема, в котором пребывал Колледж, наконец, улеглось, на смену ему пришла какая-то странная подавленность, которая обеспокоила Энтони Григс-Мида, директора Колледжа, даже больше, нежели предшествовавшее ему нездоровое радостное возбуждение, столь непосредственно выказанное подростками. Многие из учеников, и не только малыши, стали страдать от ночных кошмаров, что было вполне естественно после такого ужасного события, но директор обратил внимание на то, что даже некоторые представители персонала стали более раздражительными и нервными.
А теперь эта странная смерть Тетчера. Он не пользовался особой популярностью среди других подростков, и директору было известно, что они безжалостно издевались над ним из-за его чрезмерной полноты. Но подросток должен был сам постоять за себя, доказать, что он мужчина. В жизни иногда приходится сталкиваться с ее жестокими проявлениями и преодолевать их, и юный возраст здесь не дает никакого права на скидку. Но как мальчик оказался на железной дороге? Он должен был быть вместе с другими учениками на спортивном поле, а не болтаться в одиночку по окрестностям. Его воспитатель непременно получит дисциплинарное взыскание, ведь Тетчер находился под его ответственностью. Григс-Мид безуспешно пытался выбросить из головы тревожившую его мысль, мысль, возвращающуюся вновь и вновь и подрывавшую основы его педагогического метода, который можно было сформулировать как «каждый должен помогать себе сам». Неужели жизнь мальчика стала настолько невыносимой, что он решился на самоубийство?
Это предположение огорчило его и заставило задуматься, не слишком ли суровым оказался его метод. Насколько он сам ответственен за смерть мальчика? Завтра в церкви он непременно поговорит со всеми о жестоком отношении друг к другу, о том, что любовь к ближнему важнее, чем сама жизнь. Он подошел к окну своего кабинета и выглянул наружу, стараясь стряхнуть с себя накатывающее на него волнами какое-то странное ощущение. У него было предчувствие – чего? Гибели? Нет, это просто глупо.
Но что-то все же витало в воздухе.
Эрнест Гудвин терпеливо ждал, когда появится черно-белое изображение, время от времени окуная палец в проявитель, чтобы придавить всплывавшую фотобумагу. Наконец, на ней начали проявляться первые очертания, сначала медленно, затем процесс пошел быстрее, и вот проступила уже вся картина целиком, продолжая обрастать все новыми деталями и грозя уничтожить саму себя, уйдя в черноту. Он выхватил фотографию из проявителя, держа блестящий прямоугольник за уголок, давая жидкости стечь обратно в кювету, и затем окунул скручивающийся листок в фиксаж для того, чтобы остановить процесс проявления. Какое-то время он изучал получившееся изображение, пока фотография лежала на дне белой металлической кюветы под слоем раствора химикалиев, в сотый раз сокрушенно покачивая головой при виде запечатленной на ней трагедии.
Фотография изображала горящий Боинг и выделяющихся силуэтом на фоне огня пожарников, отчаянно пытающихся обуздать адское пламя с помощью практически бесполезных шлангов и страдающих от сознания того, что никакой надежды спасти людей уже нет. Чувство вины снова волной охватило Эрнеста. Он и его партнер Мартин заработали неплохие деньги на этой фотографии и многих других подобных ей, которые им удалось сделать этой ужасной ночью. Даже сейчас, спустя многие недели после катастрофы, они все еще получали заказы из журналов со всех концов света на свои фотографии, и на сегодняшний день практически все их снимки уже расхватаны мировой прессой. Сначала мысль о том, что они делают деньги на людской трагедии, беспокоила его, но Мартин убедил его, что это их профессиональный долг как фоторепортеров запечатлевать все проявления
