Частное расследование ужасной авиакатастрофы, которое проводит единственный уцелевший член экипажа, приоткрывает завесу тайны еще более страшной, чем трагедия этого авиарейса. Герой романа вступает в битву с абсолютным ЗЛОМ, исход которой неясен до самого конца.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
в ночное небо.
Когда аэробус набрал заданную высоту и описал в небе огромную дугу, ложась на заданный курс в выделенном ему воздушном коридоре, Келлер расслабился. И это было понятно: когда взлетаешь на такой послушной воле пилота машине, то как бы оставляешь все свои тревоги и заботы внизу, на земле. После того, как они завершили процедуру послевзлетной проверки, по лицу командира можно было понять, что и его постепенно покидает состояние напряжения, обычное для этапа взлета. Келлер наблюдал за ним, пока объявлял пассажирам разрешение отстегнуть ремни и курить. На какую-то долю секунды командир задержал взгляд на Келлере, затем отвернулся и с непроницаемым выражением лица стал изучать показания приборов.
Именно в этот момент дверь кабины распахнулась и влетела Кэти.
– Капитан Роган, – обратилась она к командиру с тревогой в голосе.
– В чем дело, Кэти? – холодно спросил он, не отрывая взгляда от приборов.
– Один из пассажиров первого класса обнаружил в своем портфеле какое-то устройство. – Она бросила быстрый взгляд на Келлера, и между ними словно бы проскочил эмоциональный разряд. – Это похоже на… бомбу!
Капитан быстро повернул голову.
– Ты уверена? – отрывисто спросил он.
Его резкий тон заставил Кэти вздрогнуть.
– Оно… Похоже, в нем есть какой-то часовой механизм. Пассажир не знает, как эта штука попала к нему в портфель.
– А другие пассажиры уже знают об этом?
– В салоне первого класса – да. В салоне второго класса – те, что сидят впереди, заинтересовались, что за суматоха там возникла.
– Ладно. – Он повернулся к Келлеру. – Спустись вниз и выясни, что там такое.
– Ты будешь переключать ответчик на сигнал бедствия?
– Не раньше, чем ты проверишь, в чем там дело, – отрезал Роган.
Кэти посмотрела на обоих пилотов с удивлением, позабыв на мгновение об опасности, притаившейся внизу. Она прежде никогда не слышала, чтобы капитан разговаривал с Дэйвом в таком тоне, а ведь им и раньше приходилось бывать во всяких переделках. Келлер уже выбрался из кресла пилота и стоял, глядя на командира, словно собираясь что-то сказать. Роган окинул его холодным взглядом, и Кэти явственно ощутила напряженность в отношениях между обоими мужчинами.
– Ну, – зло сказал капитан, и в его взгляде, обращенном на Келлера, сквозила ярость, но не страх. – Какого черта ты здесь торчишь? Ступай вниз!
Не проронив ни слова в ответ, Келлер повернулся и, пробравшись к выходу из кабины, очутился прямо перед Кэти. Увидев ее побледневшее лицо он понял, что она обеспокоена не столько грозящей опасностью, сколько их размолвкой с командиром. Он ободряюще улыбнулся и взял ее за руку.
– Ну, показывай дорогу.
Проходя мимо бортинженера, которого от страха уже прошиб пот, Келлер похлопал его по плечу и крикнул, стараясь перекричать шум двигателей:
– Подожди надевать парашют, Эл!
Бортинженер вымученно улыбнулся в ответ и поднял вверх два больших пальца. Кэти и Келлер быстро проскользнули через узкую дверь кабины и стали спускаться по винтовой лестнице. Кэти обернулась и посмотрела через плечо на Келлера, она была очень бледна, глаза широко раскрыты. Он наклонился к ней, коснулся ладонью обращенного к нему лица и ласкового провел пальцами по нежной щеке. Он еще раз ободряюще улыбнулся, в то время как оба продолжали спускаться вниз.
Старший стюард, Броуди, ждал их у подножья лестницы и, увидев Келлера, показал рукой в направлении салона первого класса. Второй пилот не стал тратить время на расспросы. Он быстро вошел в салон и двинулся вперед, не обращая внимания на встревоженные лица сидящих вокруг пассажиров, от волнения нервно покусывающих губы. И тут же замер как вкопанный, пораженный увиденным.
Сэр Джеймс Баррет сидел в кресле как-то боком, выставив ноги в проход между рядами, на коленях у него лежал раскрытый изящный черный кейс, а лицо было сведено судорогой ужаса. Состояние других пассажиров варьировалось от нервного любопытства до откровенной паники. Сидящий рядом с Джеймсом молодой человек, его личный секретарь, съежившись от страха, прижался спиной к иллюминатору, словно хотел пробиться сквозь фюзеляж, только бы быть подальше от опасной штуковины, находящейся в кейсе. Четыре японских бизнесмена, занимавших следующий ряд кресел, перебрались в переднюю часть салона и там встревоженно тараторили, возбужденно жестикулируя. Женщина укачивала на руках маленькую плачущую девочку, а сама едва сдерживала слезы. На полу в проходе рядом с ними лежала пластмассовая кукла, которая, казалось, обозревала происходящее вокруг холодными невидящими глазами. Мужчина с американским акцентом громогласно требовал,
