Остров. Остаться людьми. Тетралогия

побывав в воде… — едва слышно прошептал Том и рванул из кобуры на ноге крохотный револьвер.
Все трое по-прежнему были над ним. Уилки, уже получивший опыт в этих краях, стоял с прижатым к лицу платком. Двое других морщились от отвращения.
Вскинув руку, Том трижды нажал на спуск…
Выбравшись из ямы, он добил всех троих, разыскав пистолет на поясе одного из людей Бешеного Уилки.
Хромая, он добрался до джипа Бешеного Уилки.
В багажнике он нашел то, что искал.
Откинув замки чемодана из крокодильей кожи, он обнаружил ровные стопки перетянутых резинками банковских купюр. Считать было некогда, но было видно, что наличных больше, чем один миллион. Теперь нужно было побыстрее уносить ноги.
Садясь за руль, он не видел, как один из охранников Бешеного Уилки приложил окровавленной рукой к уху трубку…
Джип он оставил перед въездом на пустырь. Стоя напротив, выстрелил в бензобак. Тугая струя вырвалась наружу, и запах бензина выдавил все запахи в радиусе десяти метров.
«Вот и все», — подумал Том, чиркая колесиком «Зиппо» и бросая зажигалку на пропитанную бензином землю.
Взрыв подкинул «Кадиллак» Бешеного Уилки в воздух и снова поставил на колеса. Только теперь уже в неузнаваемом виде.
Вносить сумку в свой дом он считал безумием, поэтому спрятал ее в квартире все той же проститутки. Нужен был день, чтобы прийти в себя. Домой он добирался пешком. Рана кровоточила, но садиться в такси и давать в руки полиции свои приметы ему не хотелось. У дома он осмотрелся. Ничего подозрительного он не заметил.
Через два часа, оказав себе помощь и отмывшись, Том включил ноутбук и развернул его к себе.
«Сделка состоялась. Через два дня печенье поступит в магазины», — это был сигнал заказчику о выполненной работе.
Сколза нужно было или убить, или забыть. Том решил, что правильный ответ найдет позже.
На столе стояла бутылка виски. Та, из которой он наливал себе, получив задание. Улыбнувшись, Том дотянулся до нее, плеснул в стакан на два пальца и медленно выпил…
И в этот момент, гремя разбитым стеклом, в окно влетело что-то странное, похожее на сложенные одна на другу, обернутые в бумагу и перетянутые скотчем книги.
Его, успевшего в последний момент выскочить в окно, отбросило в сторону взрывной волной, и около получаса он находился в полном беспамятстве. Когда он пришел в себя, он не сразу понял, где находится. Крики огромной толпы людей, гудки машин и едкий запах залитого водой костра.
Он попытался встать, но кто-то со словами — «Лежите, сэр, сейчас вам вставать нельзя», — придавил к какой-то поверхности.
Оглядевшись и приведя в порядок мысли, он понял, что лежит на медицинских носилках, тех, что обычно используют парамедики для погрузки в машину. Скосив взгляд, он увидел, что окна его квартиры, словно подведенные тушью глаза проститутки Колли, чернеют сажей. А рядом с Томом сидел какой-то человек и контролировал каждое его движение, положив руку на его грудь. Взор же этого спасателя был обращен туда, где трудились над дымящимися, блестящими от воды углями товарищи. Том сделал еще одно движение, и рука спасателя придавила его к носилкам. Это было очень не похоже на жест человека, опасающегося за жизнь пострадавшего. Том внимательно посмотрел на спасателя. И все понял.
Том повернул голову вбок и понял причину легкого дискомфорта. Ему в вену была введена игла капельницы, а само устройство было закреплено под крышей медицинского автомобиля. Быстро оценив свое положение как положение плененного диверсанта на вражеской территории, он проанализировал ситуацию.
У дома сматывают рукава два расчета пожарных. Там же белеет карета еще одной «Скорой», и та «Скорая», по всей видимости, настоящая…
Все, пора решаться. Еще несколько минут, и дружки этого «медика» закончат осмотр его квартиры, не найдут сумки и вернутся с расспросами. И начнется все сначала…
Он собрался и сделал еще одно движение вверх. И рука снова надавила ему на грудь. Это был сигнал к тому, что сидящий рядом с ним человек Бешеного Уилки потерял равновесие.
Том резко развернулся и мощным ударом пробил ему коленом в лицо.
— Извини, — зажав его голову под мышкой, Том рухнул на пол машины, отчего грузовик качнуло. Кувыркнувшись назад, он услышал омерзительный хруст шейных позвонков. И только тогда выпустил голову.
— Тебя сюда никто силой не привозил, правда?.. — прошептал он.
Осторожно, чтобы не привлекать внимания, он соскользнул с пола «Скорой» на асфальт и прикрыл обе дверцы машины.
Теперь была дорога каждая секунда. Обойдя машину, он ускорил шаг. Прорвавшись сквозь толпу, он забежал во двор и стал двигаться вдоль домов. Сильно ныла рана, но он не