Трилогия в отдном томе. Ну, попал — так попал. Что теперь поделаешь? Остаётся вспомнить обязательную программу для таких случаев — что изобрести, кого убить, кого расстрелять… Но это — потом. Сначала — выжить!
Авторы: Уксус Сергей
понятно, почему мальчишка-маг не потребовал оплаты за участие в том деле. Он, оказывается, свою долю с добычи получил раньше. Явно же у пропавшего капитана не только бумажки были. А вот детей, получается, воровал Храм… И теперь этот Храм, получается, решил замести следы. Ан не удалось…
А Людоед тем временем продолжал:
— В Прибрежном меня уже пытались обвинить в ереси и в незаконном владении этой бумагой. Пришлось поклясться на алтаре Всех Богов. Как ни удивительно, алтарь признал меня законным владельцем документа. Поэтому лично я, например, затрудняюсь сказать, имею ли право на обращение «почтенный». Вы все люди — и нелюди — умные, так что помогите, пожалуйста, разобраться.
Собравшиеся в кабинете запереглядывались. Ситуация оказалась крайне запутанной. С одной стороны, право военной добычи, которое, тем не менее, не позволяло пользоваться трофейными полномочиями, с другой — воля богов, которая выше законов смертных. А тут ещё, оказывается, эта самая воля идёт против Храма?!
Пауза затянулась. Наконец старейшина орков поинтересовался:
— А ты не врёшь?
— А смысл? — пожал плечами Казус и поморщился — действие обезболивающего заклинания начало ослабевать. — Алтари-то рядом. И в городском храме, и в часовне форта. Могу поклясться ещё раз.
Второй
Городской храм представлял из себя каменное здание шагов сорока в длину, высотой в полтора этажа и с небольшим куполом со шпилем над средней частью. Ко входу в виде высокой двустворчатой двери вела короткая — из десяти ступеней — широкая, немного сужающаяся кверху лестница, в конце которой стояла пара храмовых стражей. Дело само по себе необычное, поскольку эти вояки (довольно неплохие, следует заметить) как правило на глаза не показывались, предпочитая наблюдать за порядком из скрытых ниш. Похоже, нас здесь ждали. С нетерпением.
Первый
Не хотят нас пускать. Закрыто у них, видите ли. Заседание храмового трибунала идёт, знаете ли. А мы на нём, типа, посторонние будем. Ага. А что старейшины скажут?.. А что им ответят?.. И что теперь?.. Хм, подождём-с…
Двое
— Как ты думаешь, что там сейчас творится?
— Что-что… Следы прячут, вот что.
— Глубоко?
— А хрен знает. Если могилу заранее вырыли, то глубоко.
— А если там не могила, а подземелья? Древние?
— Умеешь же ты настроение испортить!
Взгляд со стороны
Тяжёлые на вид створки из отполированного дерева медленно раскрылись, и на пороге храма появился высокий широкоплечий жрец в серой рясе с капюшоном. Внимательно оглядев собравшихся и немного задержав взгляд на молодом человеке с перевязаным плечом, он склонил голову:
— Светлого дня, уважаемые, от имени Храма прошу извинить за то, что заставил вас ждать. Какое дело привело вас сюда?
— Светлого дня, почтенный Аериус, — старейшина тёмных выступил на полшага вперёд. — Нас интересует судьба молодого полуорка, обвинённого Храмом.
— Трибунал уже рассмотрел это дело, уважаемые, — в карих глазах жреца мелькнула насмешка. — Интересующий вас молодой полуорк признан виновным, приговорён к смерти и казнён. Мы готовы выдать тело немедленно.
Старейшины понимающе переглянулись: Храм поспешил избавиться от опасного свидетеля. Доказательств не осталось. Они уже поворачивались, собираясь уходить, когда Людоед, наблюдавший за этой сценой, наконец заговорил:
— Про трибунал и признание виновным он соврал, не было этого, а всё остальное — правда, — и пояснил, видя недоумение присутствующих: — У меня есть способ определять, когда говорят правду, а когда лгут.
Второй
Всё же пришлось ещё раз помахать этим пергаментом. Перед стражами. Уж очень мне не хотелось их убивать. Стражи нахмурились (так партнёр сказал!).
В общем-то, я их понимаю: обе стороны вроде как свои, но кто из них прав? А тут ещё и зрители, при которых выяснять внутрихрамовые отношения, мягко говоря, неприлично… Всё закончилось топотом и лязгом, с которым, сопровождаемый нашим бойцом, прибыл дежурный десяток из форта.
Первый
Дальнейшее было делом техники, поскольку, как любил повторять незабвенный Наполеон Бонапарт, бог помогает большим батальонам. Стражники, не посвящённые в тонкости планов начальства, сообразили, что поддержка армии делает нас правее, и бросились помогать арестовывать всех, в кого мы тыкали пальцем. Своего непосредственного командира в том числе. Арестованных тщательно связывали, затыкали рты и оставляли под присмотром пары наших тёмных.
Собственно, много времени это не заняло, поскольку народу в храме, не считая вояк, имелось всего пять душ (ну, и молодой красивый труп того самого неудачливого смеска, найденный в подвале). Однако за это время
