Остров

Учить инструкции на фоне безделья было даже забавно. Запрещалось там буквально все. Купаться в неустановленных для этого местах, пить сырую воду и даже заходить в джунгли с расчищенных площадей при отсутствии запрещающих знаков. Стимулировалось послушание, разумеется, деньгами. Как штрафами, снимаемыми с работника и уходящими в счет премий охраны и ИТР, так и отказом фирмы от денежных компенсаций работнику или его наследникам, в случае несчастного случая после нарушения положений инструкции по безопасности.
Карта, правильнее сказать схема острова Монтелигера, представляла нам неровный кусок земли около тридцати километров длиной и шириной примерно в восемь, от края до края поросший джунглями. На юго-востоке, за узким проливом лежал трехкилометровый остров Агила, с хвостом из полутора десятков островов поменьше, вплоть до самых микроскопических. Когда то, при более низком уровне воды, оба больших и часть мелких островов архипелага без сомнений представляли собой единое целое. Еще пяток небольших островков вытянулся вдоль южного берега Монтелигеры. По оси Монтелигеры и Агилы шел горный хребет высотой около пятисот метров в пике.
Рудник «Дракон» на освоение которого нас завозили, предназначался для добычи платиносодержащих руд и сопутствующих им металлов, а также прочих полезных ископаемых. От такой новости нервно облизнул губы далеко не только один живший со мной в одной каюте Ванька Зюзин, принятый на работу слесарем РММ. Его спокойный и основательный отец, с которым мы после удачного знакомства в хостеле хорошо сошлись, даже сглотнул от неожиданности.
Секретность и непубличность нашей компании получила прекрасное объяснение — при добыче в год в мире порядка тридцати тонн платины, появление в бизнесе лишнего игрока никому не понравится. Особенно вне тех границ, которые на замке, внутри которых недобросовестных конкурентов засекреченных владельцев нашего предприятия, могут и водичкой в сортире побрызгать. А вот за границей свои интересы даже им охранять сложнее. Притом что паршивые пять центнеров платины это уже полтора процента рынка.
Для нас, рядовых работяг, при нормальном отношении к труду, данный рудник мог стать весьма высокооплачиваемой работой на всю жизнь и соблюдение установленных нам ограничений, на этом фоне уже сейчас смотрелось мелочью. Боевой дух и рабочее настроение взлетели как Гагарин на орбиту.
Четвертым пассажиром в нашей каюте был Евгений Бакшеев, тридцатилетний механик нашего будущего РММ и мой непосредственный начальник. С Зюзиным старшим они раньше вместе работали и были в очень хороших отношениях, отчего Петрович его к нам в каюту и затянул. Между делом выяснилось, что про мое высшее образование и опыт службы ИТР прекрасно известно, так что при дальнейшем расширении количества персонала рудника и хороших деловых качествах я имел все шансы на карьеру. Это дополнительно грело душу.
Место назначения я впервые увидел ранним утром. Содрогнувшийся всем корпусом «Язон» чуть не выбросил меня из кровати, все проснулись, однако выйти наверх не поленился один я. Как ни странно, стоял штиль, как я решил мы просто на что-то натолкнулись в океане. На горизонте, прямо по курсу контейнеровоза, в свете полной луны поднимались ввысь тени горных пиков лежащего там острова.
Как всегда аккуратно одетый Сергей Николаевич Борисенко с легким шорохом появился за моею спиной через пару минут.
-Все, Сергей. Приехали. Монтелигера на горизонте.
-Вы тоже от удара проснулись, Сергей Николаевич?
-Нет. Я полночи уже не сплю, мы с капитаном готовились к выгрузке.
-А что это было?
-Ты про удар?
-Да.
Борисенко отвел взгляд в сторону, равнодушно пожав плечами:
-Возможно волна, может быть, и столкнулись с чем-то.
-Я тоже так подумал.
-Никогда в вас не сомневался. — Сергей Николаевич улыбнулся. — Спать не хочешь? Завтра будет тяжелый день, прикорнуть не получится.
-Уже сегодня, Сергей Николаевич. Действительно, надо бы еще вздремнуть. Время у нас есть?
-Достаточно. Пока подойдем, пока встретят, пока встанем в бухте, времени выспаться у вас будет достаточно.
-И это просто прекрасно.
Я кивнул собеседнику и направился к трапу, возле которого чуть было не столкнувшись с неожиданно вынырнувшим из-за шлюпки матросом. Схваченный краем глаза образ моряка проник в лобные доли, когда я уже начал спускаться вниз. Я, чуть не вздрогнув, остановился, взглянув ему вслед. На плече парня висел старенький автомат АКС-74 с поблескивающим лаком деревянным цевьем и сложенным прикладом, а на ослабленном поясе тяжело отвисала брезентовая сумка для магазинов. Вот этот поворот был совершенно