Освободите тело для спецназа

— Порядок! — одобрительно сказал он и занялся оружием. Боеприпасов было не густо. Две запасные обоймы к его пистолету, три десятка патронов к винчестеру, да два полупустых магазина к «узи», один из которых он забрал у убитого на бензоколонке. Был ещё правда пистолет у Вики, но это — последний резерв.
Ткач набил патроны в один рожок и, выкинув пустой магазин, протянул девушке автомат: — Владей! У тебя хорошо получается!
— Рада стараться, командир! — вскинула та руку к виску.
— Вольно! Вольно! — улыбнулся Глеб. Награждаю вас боевыми сто грамм, боец Пушкарёва! — полез он в карман брюк, выуживая оттуда купленную на бензоколонке банку колы.
— Ты волшебник, Ричард! — расцвела девушка.
— Забота о подчинённых — первое качество командира! — подняв палец, наставительно сказал он, открывая банку.
Подождав, пока она напьётся, допил остатки колы и забросив банку подальше, скомандовал: — А теперь, боец Пушкарёва, за мной!
Часы показывали 9.25….
Глеб держался в пятистах метрах от шоссе, не собираясь на него выходить. Шоссе было под наблюдением, он это чувствовал, как чувствовал и то, что сзади, по следу, катится погоня. Сержант прекрасно понимал, что через час-два их догонят — Вике нужного темпа не выдержать! Всё-таки она послабее мужика, да и ночь бессонная скажется. Да и сам Глеб был не в том состоянии, когда можно марш-броском отмахать без роздыха двадцать километров. Раны ныли и чувствовалась слабость. Как не крути, а крови он потерял изрядно. Так что выход напрашивался только один: погоню сбить, пока есть силы и возможности, а бесконечное метание по лесу ещё не довёло их до кондиции загнанных зайцев.
«Кажись то, что надо!» — решил сержант, наткнувшись минут через пять на подходящую поляну. Он пересёк её по середине и сделав петлю, зашёл с края. Теперь оставалось только ждать, пока преследователи выскочат на открытое место.
— Привал! — скомандовал он Вике. — Полчаса! Через полчаса чуток постреляем и рванём дальше!
— Как постреляем?! — округлились у девушки глаза.
— Прицельно, из засады! — отбросив шутливый тон, жёстко сказал Глеб. — И чем больше мы их тут положим, тем лучше!
Заметив, как она побледнела, он легонько подцепил её пальцем за нос, приподнимая голову:
— Не дрейфь! Их человек пять-шесть, не больше. Разделаем под орех!
Он быстро обшарил край поляны, выбирая место для позиции и направление отхода. Было бы глупо получить шальную пулю, когда гангстеры начнут огрызаться беспорядочным огнём. «Вику положу здесь, а сам залягу в двух шагах — деревья нас и прикроют!» — принял Глеб окончательное решение.
— Иди сюда, — позвал он девушку. — Вот твоё место, — улёгся сержант на землю, примериваясь, хорош ли обзор и, срезав мешавшую ветку, опять поднялся. — Делаешь одну, о д н у короткую очередь и бежишь вон за то дерево. Я, следом за тобой. А пока ложись и отдыхай, поскольку бегать придётся быстро.
Полянка, конечно, была маловата — метров сорок, не больше. «Если они растянутся, всех не снять, — подумал Ткач, устраиваясь у соседнего дерева. — Ну да сколько получится! Уложим двоих — троих, и то хлеб!»
— Ричард, мне плохо видно, — в полголоса пожалилась Вика, пристраивая поудобнее автомат.
Глеб приподнялся: девушка легла не там, где он указал, а с другой стороны дерева, поближе к нему.
— Перейдите, товарищ Пушкарёва на ту позицию, которую я вам определил, — сделав зверское лицо, сурово сказал он. — И не занимайтесь самодеятельностью!
— Ты прям как старшина, — шмыгнула она носом, но место сменила.
— А теперь, боец, расслабьтесь и отдыхайте. О приближении бандитов я вас предупрежу. И ни звука больше! Понятно?!
Девушка обиженно молчала.
— Понятно, я вас спрашиваю?!
— Так точно, — неохотно ответила она, шмыгнув носом второй раз.
Вика, конечно, боялась, и Глеб её понимал. Одно дело отбиваясь, в запале, садануть в кого-то на пол магазина, совсем другое — лежать и ждать человека, чтобы его убить. Для солдата, засада — один из тактических приёмов боя, для гражданского лица — убийство. «Зря я наверное заставляю её это делать», — подумал он и начал впадать в транс.
В астрал он вышел быстро — сутки не ел, да и ослабел изрядно. «Если их больше десятка, то придётся не сладко!» — сделал он над поляной несколько расширяющихся кругов, прежде чем переключиться на след. Вокруг было спокойно. Лес ничем особым от подмосковного не отличался (даже берёзки просматривались). Сержант напряжённо всматривался, выискивая фигуры людей мелькнувшие среди деревьев, но около поляны всё было чисто.
Глеб пошёл над самыми макушками, ожидая вот-вот наткнуться на преследовавшую их группу и остановился перед