Освободите тело для спецназа

— Уходим отсюда! На сборы десять минут! — распорядился Ибрагим, проводив взглядом лесника. Он решил последовать его совету и передвинуть базу чуть дальше. «Убрать бы его, а то при случае он и нас с такой же лёгкостью выследит. Да и знает нас всех в лицо», — подумал он мимолётно об ушедшем Георгии, который, в общем-то, был ему симпатичен. «Сделаем дело, видно будет, — решил он. — Может ещё пригодится».
Проследив, чтобы ничего не осталось, Ибрагим повёл свою группу ниже и левее по склону. Примерно в километре он ещё раньше присмотрел подходящее укромное место. Тофик и Груздь тащили взрывчатку, Шамиль молча кряхтел под тяжестью вещмешков, да и сам Ибрагим был изрядно нагружен — две противотанковые мины, катушка с проводом, взрыватели в деревянной коробке и разная мелочь, тщательно завёрнутая в кусок брезента.
В зарослях акации на крошечной полянке сбросили с плеч весь груз.
— Значит так, — сказал Ибрагим, удобно усевшись на палаточный свёрток и закурив, — половину работы мы уже сделали — заминировали мост, но дело несколько осложнилось: откос, где мы намеривались заложить взрывчатку, сейчас под наблюдением спецназовского патруля. Пост у них левее откоса метров на триста, там, где шоссе делает поворот. Дорога ими наверняка просматривается и вряд ли нам удастся подобраться незамеченными даже ночью, разве только под самым обрывом. Но… если нас засекут… расстреляют сверху в один момент.
— А второй откос? — поинтересовался Груздь.
— Там тоже парный дозор с рацией, причём прямо над скалой. Так что давайте думать!
— Если не уберём каким-то образом патруль, то взрывчатку не заложить, — твёрдо сказал Тофик. — Мне нужен как минимум час, чтобы замаскировать всё как следует и запах отбить от собак. Сапёр в Лачине не зря своих псов расхваливал, те мигом взрывчатку учуют, и вся работа прахом пойдёт.
— Выслэдить абоих и убить! — не выдержал Шамиль.
— Нам ещё полтора суток здесь кантоваться! Ты что, хочешь нам шухер устроить?! Чтобы нас здесь пулями между ёлок гоняли?! — вскипел Груздь. — Придурок! — сплюнул он, окатив кавказца презрительным взглядом.
— Это кто?! Я?… Я дурак?! — взвился Шамиль.
— Ты зенки не пучь! Я не собираюсь снова в страну лимонию на парашу!
— А ну прекратите, вмешался Ибрагим, понимая, что ссора может окончиться плачевно и группа, скорее всего, останется без снайпера.
Шамиль зло скрежетнул зубами и сел, поставив винтовку между колен. Внутри у него всё клокотало от бешенства и злобы. Небритая физиономия Груздя помягчала, а рука незаметно соскользнула с черенка ножа. Он отвернулся от ингуша, скрывая издевательскую ухмылку, которая наверняка бы довела Шамиля до белого каления.
— Здесь надо хитростью брать… Сколько говоришь, Тофик, тебе надо — час? — Будет у тебя час! Век воли не видать!… Кинем этих фраеров как миленьких! — блеснув золотой фиксой, рассмеялся Груздь довольный собой — варит ещё башка оказывается….

Костя Саблин на телеграфный провод, идущий перпендикулярно дороге, наткнулся около двадцати часов, не доходя метров триста до распадка. Два часа назад, когда он проходил аналогичным маршрутом, провода не было. Он постоял, прислушиваясь и обшаривая настороженным взглядом застывший лес и, не уловив ничего подозрительного, повернул вдоль проложенной кем-то линии. Сдвоенный телефонный кабель вывел его к густому кусту у обочины шоссе. Провод был явно новым, изоляция нигде не выглядела потёртой и не имела характерных поперечных изломов, появляющихся на старой оплётке. «Метров двадцать», — прикинул он длину смотанного в небольшую бухту остатка провода, блестевшего свежим металлом на зачищенных от изоляции концах. «Хватит даже до той стороны дороги», — встревожился ефрейтор.
Он приподнялся, маскируясь в листве, и пристально осмотрел противоположную сторону дороги: взрывать там было нечего, асфальт был не тронут, да и на обочинах, цепко ощупав каждый бугорок, каждую ямку, глаз не заметил следов закладки фугаса.
Следуя вдоль дороги, Костя прошёл метров тридцать в ту и другую сторону, но подходящего места для минирования не нашёл. Водопропускное сооружение под дорогой располагалось значительно левее, а здесь разве что можно было дерево подорвать, чтоб на минуту перекрыть шоссе и более ничего. «Может под телефон для наблюдателя?» — подумал он, прекрасно понимая, что и эта версия не выдерживает никакой критики, поскольку дорога с этого места просматривалась в обе стороны метров на сто, не дальше.
Этот кабель ему всё больше не нравился, вызывая своей подозрительной нецелесообразностью